Да Шань смотрел на нее хмуро, но в его взгляде промелькнуло сомнение. Он перевел вопросительный взгляд на Бай Сюинь. Она хотела отказать. Сказать, что нельзя верить демону, но не смогла. Он смотрел прямо ей в глаза и ждал. Он хотел вспомнить, хотел знать, кто он. Разумеется, хотел. Если она лишит его этой возможности, сможет ли он принять это? Бай Сюинь прикрыла глаза, чтобы не видеть надежды в его глазах.
– Ладно, – выдавила она. – Но если ты хоть что-то ему сделаешь…
– Знаю-знаю, – перебила ее лисица, – ты меня убьешь…
– …я не убью тебя слишком быстро, – закончила Бай Сюинь ледяным тоном, от которого девушка внутренне содрогнулась.
Она понимала, что эта женщина очень сильна, поэтому вся надежда была на парня. Если она сможет втереться к нему в доверие, то при первой возможности убедит отпустить ее. Или обманет и сбежит. Но сначала ей нужно было получить хотя бы немного чужой энергии. Она медленно, чтобы не спровоцировать женщину рядом, встала со скамейки и опустилась на колени, а потом, как кошка, грациозно поползла к мужчине. Каждое ее движение было наполнено соблазном, но его лицо, как было хмурым, так и осталось. Приблизившись вплотную, она внимательно его рассматривала. А этот парень и правда был довольно красив, было бы неплохо сбежать вместе с ним и пить его энергию долгое время. Он выглядел выносливым. Она улыбнулась своим мыслям и медленно протянула руки, обхватывая его лицо. К ее сожалению, он никак не отреагировал и продолжал прожигать ее мрачным взглядом. Она вздохнула и начала вытягивать из него энергию. От нахлынувшего наслаждения она едва не заурчала, но это длилось всего мгновенье. А потом в ее разум ворвались кошмарные образы, а казавшая вначале такой сладкой янская энергия чуть не сожгла ее внутренности.
Бай Сюинь сидела позади, поэтому не видела выражения лица демона. Она просто почувствовала, что что-то не так, а потом лисица закричала и отшатнулась от Да Шаня. Она резко отползла назад, пока не ударилась спиной о скамью и вся сжалась, будто пытаясь исчезнуть.
– Нет, нет, нет! – причитала она. – Я не хочу умирать! Не хочу умирать!
Она резко вскочила и метнулась к двери, но старейшина Бай схватила ее за воротник платья и швырнула на пол. Оказавшись снова близко к Да Шаню, девушка начала извиваться и вырываться.
– Все эти люди! Эти мертвые люди! – она перевернулась и теперь снова стояла на коленях напротив него. Подняв голову, она закричала: – Чудовище!
Старейшина Бай уже хотела ее крепко обо что-нибудь приложить, чтобы заставить замолчать, когда увидела лицо Да Шаня. Он был в ужасе. И в глазах его была такая боль, что у Бай Сюинь защемило сердце. Отвлекшись, она ослабила хватку, чем тут же воспользовалась девушка-оборотень. Она извернулась и впилась зубами в державшую ее руку, а когда Бай Сюинь инстинктивно ее разжала, обернулась лисой и выпрыгнула в окно. У старейшины Бай в прокушенной руке осталась лишь чужая одежда. Она бросилась к окну и увидела, как лиса с тремя хвостами на полной скорости убегает в лес. Ее можно было бы догнать, но Бай Сюинь в этот момент волновало другое. Она обернулась и с тревогой посмотрела на Да Шаня, который весь поник и выглядел сломленным. Его кулаки были сжаты, а полный боли взгляд опущен в пол. Он словно не замечал ничего вокруг.
– А-Шань, как ты? – подлетела к нему Шао Цинмэй и дотронулась до плеча. – Она тебе что-то сделала? А-Шань?
– Приходится признать, что нас все же сумели обвести вокруг пальца, – со вздохом вернулась на свое место старейшина Бай.
– Обвести? – подняла на нее растерянный взгляд Шао Цинмэй. – Вы хотите сказать, что она притворялась?
– Лисы лгут, им нельзя верить, – повторила старейшина Бай. – Но как это жестоко: сказать такое человеку, который не помнит своего прошлого. С тем же успехом она могла объявить, что он внебрачный сын Императора или воскресший Повелитель демонов. Да Шань все равно не смог бы уличить ее во лжи.
– Выходит, она нас отвлекла, чтобы сбежать,—прошептала Шао Цинмэй, а потом ярость исказила ее хорошенькое лицо. – Проклятая лиса! Пусть только попадется мне еще раз! Поотрываю ей все хвосты! – она повернулась к Да Шаню. – А-Шань, не расстраивайся, она просто все выдумала. Подумать только, устроила такую некрасивую сцену, да еще обвинила тебя непонятно в чем. Демоны такие ужасные!
Да Шань медленно поднял лицо, на котором все еще читалась вся грусть этого мира, но внезапно его взгляд переменился. Проигнорировав Шао Цинмэй, он привстал и метнулся вперед, а оказавшись перед старейшиной Бай, опустился на колени и аккуратно взял ее руку, словно драгоценный свиток. На порванной шелковой одежде медленно расплывалось кровавое пятно.
– Ох, эта мерзавка вас еще и укусила, – продолжала негодовать Шао Цинмэй. – Надо обработать рану! – она бросилась к одному из сундуков и начала там что-то искать.
Да Шань продолжал держать ее руку перед своими глазами. Его взгляд стал еще печальнее. Бай Сюинь было больно на него смотреть.
