Вчера я нечаянно подслушала разговор между Обероном и Тимадрой. Оказывается, они планируют "продать" меня в брак какому-то епископу из Церкви Будущего. Я и раньше подозревала, что это когда-нибудь произойдет, но не ожидала, что их выбор падет на создание связей с Церковью. По слухам, они обладают не меньшей властью, чем сам Орден Дахмы… Но это лишь слухи.
Перспектива стать женой кого-то из религиозных марионеток Системы — значит вообще потерять свою волю и голос, превратившись в такую же куклу.
От одного этого сценария мысли роятся, как разъяренные пчелы, заставляя мой мозг работать в усиленном режиме, чтобы решить эту проблему.
Выходя из ванных комнат, я почувствовала легкое головокружение в голове. Колени вдруг подкосились, и я, как травинка на ветру, пошатнулась в сторону.
Уже ожидая, что врежусь в стену, я зажмурилась. Но к моему удивлению, кто-то успел ловко схватить меня за плечи и вернуть равновесие моим ногам.
— Ты так переполошились, в ожидании пресловутых церковников? Ну Баронесса… прошу тебя, не позорь нас! — шепчет Эскар, как змей-искуситель.
Он все не убирает рук с моих плеч, крепко сжимая их. Это даже как-то помогает головокружению быстрее пройти. Жнец — целитель. Кто бы мог подумать?..
Его прищуренные глаза ловят мои, губы приподнимаются в кривой улыбке. Если бы я не знала его достаточно долго, то подумала бы, что так улыбаются только те, кто действительно рад кого-то видеть.
— …Так ты знаешь о планах моего дяди?
— Выдать тебя замуж за какого-нибудь богатого богобоязненного сноба? Конечно! Хорошая новость для тебя. Не правда ли?
Я отталкиваю его руки от себя. Подняв глаза вверх, я бледно улыбаюсь сама себе. Чего я ожидала? Что он — мой псевдосекретарь, будет на моей стороне? Поможет мне избежать брака по расчету, потому что мы немного сблизились?
— Не нужно надевать свою стальную маску, когда ты рядом со мной, баронесса…
Как ни в чем не бывало, Эскар приближается ко мне, пытаясь поймать мой взгляд. Ему это не удается.
— Что тебе от меня нужно? — злобно шепчу я. — Почему бы тебе не пойти, помочь моему дяде продать меня более выгодно? Уверена, он был бы благодарен. Они все — были бы. Это же твои прямые обязательства?
Продолжая прожигать взглядом мраморную плитку, чувствую, как его прохладные пальцы в перчатке легонько касаются моего подбородка, приподнимая его.
— Ба-ро-несса… — мурлычет он, а его большой палец другой руки невесомо касается моей скулы. — Тебе действительно интересно, что мне… нужно от тебя?
Я дергаю головой в сторону. Как он смеет прикасаться ко мне?! — кричит мой разум. Но внизу живота трепещут совсем другие слова.
— …Возможно. — издаю небольшой вздох, когда костяшки его пальцев перемещаются мне на шею, плавно скользя по моим распущенным волосам.
Наблюдаю восторг в его глазах, когда он смотрит на мои незаплетенные серебристые локоны. Эскар впервые видел меня в таком виде, и это ясно читалось на заинтригованном лице.
Почти дойдя до оголенной части моего декольте, он останавливается на краешке воротника моего платья. Но этого, конечно, было достаточно, чтобы моя грудь под одеждой согрелась приятным теплом там, где проделала дорожку его перчатка.
Изучая мою реакцию, мужчина нетерпеливо наклоняется вперед.
— Тогда я расскажу тебе… — его черты ожесточаются, глаза гипнотизируют мои. — Во-первых, я хочу, чтобы ты любой ценой отказалась от этого проклятого брака по расчету. — губы жнеца сужаются в сухую ухмылку. — И во-вторых… Ты отказываешься от брака, а я говорю твоим родственничкам засунуть этот брачный контракт поглубже себе в задн…
— Эскар!..
Я инстинктивно накрываю его рот ладонью, предотвращая дальнейшие высказывания.
Осознание того, что его губы теперь прижаты к моей руке, приходит с опозданием. Тут же жалею о своей поспешности и собираюсь отдернуть руку, но он перехватывает ее.
— Я никому, слышишь, баронесса, никому не позволяю перебивать меня на полуслове. — он угрожающе рычит, и я хмурюсь от легкой боли в запястье. — И я не делаю исключений… Но могу сделать одно, единожды. При условии, что твои мягкие губки окажутся на моей шее сразу после того, как ты меня прервешь.
Жнец медленно подносит мою руку обратно к своим губам. Все это время, пристально взирая на меня из-под бровей. Аккуратно, словно спрашивая моего разрешения, он подносит другую руку к моей щеке. Неторопливо проводит большим пальцем по моей нижней губе.
Бесполезно было пытаться сопротивляться… Да и хотела ли я вообще? Неужели в этой странной игре на проверку человечности, которую все вокруг затеяли, на моей стороне наконец-то появился союзник?
Его взгляд беззастенчиво путешествует по моему лицу, изучая каждую деталь, пока снова не останавливается на губах…
Нарочно или нет, но я слегка размыкаю их.
Его последующая реакция поражает меня: тяжелый короткий выдох, его дыхание учащается, а хватка на моем запястье ослабевает.
Прикусив губу, я опускаю глаза. Я не должна на него так смотреть. Разве не достаточно я испытала на своём веку, чтобы понять это?