Прибывали новые посетители, воздух становился более тяжелым от хохота и пьяной болтовни. Мой взгляд блуждал по залу, выхватывая обрывки тихих разговоров, цепляя непонятные символы, вытатуированные на руках завсегдатаев. Это был мой час тонкого шпионажа.
Я была глубоко погружена в это занятие, когда за локоть меня ухватили чьи-то ногти, по остроте похожие на звериные. Они принадлежали женщине, чей ледяной взгляд был омрачен собственнической ревностью. Это была та самая черноволосая официантка, которую я отметила по ее одержимости к моему жнецу.
— Эй, да я тебя знаю! Не ты ли была той избалованной баронессой, которая так увивалась за моим Эскаром? — прошипела она, и ее голос прозвучал как кошачий рев по весне.
Отстранившись, я бросила на нее бесстрастный взгляд.
— Он — не твой.
Ее глаза, полные темного отвращения, резко сузились.
— Не мой?.. — девушка расплылась в слащавой ухмылке. — Ну, это мы еще посмотрим!
И тут же, как заостренный гребень волны, ее наманикюренные коготки ринулись к моему лицу. Но я уже успела скрыться в массе переполненной таверны, увернувшись от ее ярости, прежде чем та успела вцепиться в меня.
Снаружи ночная жизнь Дэсмура казалась еще менее привлекательной — серой и безрадостной. Я хорошо знала дорогу к городским конюшням, где я оставила своего жеребца. Но мрачные мысли застилали глаза, пока я торопилась в том направлении.
Не заметив перемен пейзажа, я оказалась в забытой части города, где редко можно было встретить кого-либо на ночных улицах.
— Совсем одна… Одиноко, что ли, голубка? — гнусавый смешок раздался прямо за моей спиной, донеся до меня запах дешевого алкоголя.
Я была девушкой рода Лорелей, и поэтому сделала то, чем больше всего славились ее представители — я побежала из темноты на свет, не оглядываясь назад.
Словно тень, преследуемая рассветом, я пробиралась по извилистым лабиринтам трущоб, в душе вознося молитву о том, чтобы ночные скитания наконец-то закончились.
Эхо моих шагов поглощала гнетущая тишина и потрескивание уличных фонарей, работающих от атмосферного электричества.
Вдруг я уловила чьи-то шаги за своей спиной — тусклое, заговорщицкое эхо. Я замешкалась, обернувшись, дыхание перехватило.
Туман окутывал незнакомца, как саван, а черный плащ развевался на пронизывающем ветру. Высокая, широкоплечая фигура — не иначе как стражник-паук. А вдруг… Это тот, кого боится до дрожи весь город и так остервенело разыскивает Орден Дахмы?? Вдруг это тот самый безымянный убийца?
В животе скрутило от тревоги.
Фигура стояла на месте, не двигаясь. Я тоже парализовано застыла, пытаясь раствориться прямо на месте.
В ужасе, я наконец-то попыталась рвануть прочь в темень ближайшего переулка. Бешеный стук сердца заглушал все вокруг.
Жгучая боль резко пронзила нос, когда я на что-то налетела за очередным непроглядным поворотом.
Ослеплённая накатившими слезами, я подняла глаза, пытаясь разглядеть, что мне предстоит проклинать за причиненную боль. Присмотревшись, увидела его… Моего жнеца, на лице которого растянулась характерная издевательская ухмылка.
— И тебе доброй ночи, ангельская мордашка! Вечно ты от чего-то убегаешь… Куда на этот раз? — раздался его монотонный голос.
— Я не должна тебе ничего объяснять.
Его улыбка померкла, стиснутая челюсть подчеркнула выдающиеся скулы. Чернильные глаза предупреждающе сверкнули, прижав меня к стене.
— Повтори, что сказала.
Я едва могла дышать, пришлось отвести взгляд в сторону.
— Я… не должна тебе… — пролепетала я, пока его неистовая энергия продолжала душить меня. — Я хотела… навестить Морин! — удалось мне выдохнуть.
Тиски его ауры сразу ослабли, и жнец разразился хохотом. Такие перепады настроения привели меня в некоторое замешательство.
— Странная ты, баронесска!.. — хмыкнул он с издевкой, глядя, как я шатко от него отстраняюсь. — И куда же ты от меня так убегаешь на этот раз?
— …Куда угодно, — оскалилась я. — лишь бы подальше от тебя.
Я оставила его и начала удаляться к центральной улице, прислушиваясь ко всему. Обогнула очередную лужу, и, подняв глаза, снова наткнулась на него взглядом.
В двух шагах от меня, прислонённый плечом к стене, стоял Эскар.
— Поймал тебя, мышонок! — он ехидно гоготнул, этот звук пробрал меня до костей. Я и опомниться не успела, как его пальцы сжали мой локоть.
— Отпусти меня!!
Вдруг что-то во мне щелкнуло — с меня хватит этой игры. Пора прекращать.
Я расслабилась, полностью отдавшись гравитации. Естественно, жнец не ожидал такого хода, невольно ослабив захват пальцев. Этого было достаточно для моей задумки.
Мои ладони молниеносно толкнули его в грудь, прижимая к стене. Глаза мужчины на мгновение расширились от удивления. Как же мне было отрадно вывести его на эту эмоцию!
Спустя несколько мгновений лукавая усмешка вернулась к нему.
— Поверь мне, ангел мой, я позволил тебе это вытворить только потому, что нахожу твоё отчаяние довольно забавным.
Прежде чем он успел продолжить злорадствовать, я воспользовалась своим шансом. Изучая его насмешливые глаза, я проворно наклонилась и впилась зубами в его шею. Несильно, конечно.