— …Чем лучше цель, тем целимся мы метче! — промурлыкал он себе под нос после небольшой паузы, цитируя трагедию Шекспира.
— Возможно, однажды я поведаю тебе об этой тайне, мой дорогой секретарь, — обещаю я, затянувшись улыбкой.
Слегка веду плечами, выпрямляясь, глаза мужчины проследили за этим движением, задумчивый взгляд задержался на обнаженной линии моей ключицы.
Мне, определенно, пришлась по вкусу наша лёгкая перепалка и я решила подразнить его еще больше.
— Кстати, о трагедиях, — начала я. — Помнится, недавно я сама была свидетелем довольно яркого зрелища. Около часа назад, если быть точной. Мой секретарь ни с того ни с сего свалился без сознания на пол кареты во время нашей поездки. Весьма драматичная сцена, должна признать.
Его лицо помрачнело при упоминании об этом, а в глазах распалился проблеск гнева, сменившийся холодом. Но это только усилило мое веселье.
Прежде чем он успел придумать ответ в своём духе, раздался смех группы за соседним столиком, прерывая нас. Молодые люди заканчивали какую-то игру между собой, подсчитывая итоги, и их заливистый смех раскатисто звенел в воздухе.
— Ах, Жажда Аида! Давненько не играл! — хлопнул себя по коленке жнец.
— Это какая-то игра?
— Баронесса! Только не говори, что ты никогда не играла, а то я подумаю, что у тебя никогда не было друзей.
Я гордо приподнимаю голову, пожимая плечами.
— Никогда. Объясни же мне суть игры. Наверняка, ничего интересного.
На его лице выступают дьявольские ямочки.
— Зачем мне тратить энергию на объяснения, если мы играть-то не будем?
Я дергаю бровью, сдерживая улыбку от его откровенного шантажа.
— Тогда сыграем. И я выиграю. — невозмутимо отвечаю я.
— Не зная правил уже заявляешь о победе! Кажется, исход игры я уже знаю, ангельское личико.
С плутовским блеском в глазах, он подходит к соседнему столику, одалживая какой-то бархатный мешочек у компании закончившей эту игру.
— Все просто, баронесса! — хихикает он, кидая мешочек на стол. — Игрок наугад достаёт бумажку и ему выпадает грех, который он должен удовлетворить с незнакомцами до окончания игры. Кто быстрее других удовлетворит свой грех, получает любое заветное желание от остальных.
Я сглатываю спесь своей изначальной уверенности, стараясь держать планку.
— Что ж, надеюсь, это не займёт много времени.
Чёрные глаза лишь озорно блеснули в ответ.
— Как пойдёт, милая, как пойдёт! Но должен предупредить — я никогда не проигрывал.
Двумя пальцами он метко выхватывает свернутую чёрную бумажку из мешочка не глядя.
— Посмотрим, что буду утолять на этот раз. — склонив голову, он прикусил щеку. — Грех воровства!
Я тоже достала бумажку и уже прочла содержимое, немного побледнев. Шансы на победу улетучились.
— …У меня грех вожделения.
— Да неужели?! Как интересно у нас тут сложилось!.. Не находишь? Но исход игры все такой же — очевидный. — его снисходительный тон раздражал всё больше.
Я поджала губы, поднимаясь с места одновременно с ним. Моя соревновательная натура всё-таки взяла верх.
Мы разошлись в разные стороны, исследуя переполненный зал заведения.
Ставки были высоки: победитель получит желание по своему выбору. Мне нужно было заполучить это желание!
Атмосфера была наполнена смехом и музыкой, в воздухе витал аромат эля и табака. Пьяные мужчины глазели на меня, их помутнённые взгляды задерживались на моей фигуре.
Окидывая взглядом зал, сразу замечаю Эскара, уже беседующего с двумя симпатичными девушками у барной стойки. Поймав мой взгляд, он ухмыльнулся, и что-то зашептал своим новообретенным спутницам, в то время как его пальцы стали блуждать по талии одной из девушек.
Меня вдруг пронзила игла ревности, я еще никогда не испытывала ее с такой силой. Она разожгла во мне огонь, заставив двигаться вперед с новой силой.
Я подхожу к молодому человеку с золотыми локонами у окна, ярко выделявшемуся из массы завсегдатаев. Он излучал юношеское очарование, но всё же не был столь пленителен, как Эскар. Никто во всей таверне не был.
Я отогнала навязчивые мысли о жнеце в сторону, сосредоточившись на своей цели. С мягкой улыбкой встречаюсь взглядом со светловолосым парнем, откидывая свою длинную косу серебряных волос в сторону, обнажая плечи.
Его улыбка дружелюбно расширилась, и я почувствовала, что он все больше мне нравится. Юноша наклоняется ко мне, пытаясь заговорить сквозь какофоническую музыку. Я извиняющимся жестом показываю, что не слышу его.
Когда он наклоняется еще ближе, и его дыхание щекочет мне ухо, происходит нечто странное: у молодого человека внезапно подкашиваются ноги и он спотыкается, чуть не опрокидывая соседний столик с бокалами.
Пламя свеч заплясало, отбрасывая жуткие тени вокруг нас. Я начала задыхаться, чувствуя, как воздух становится тяжелым от необъяснимого давления.
— Довольно игр! — раздался ропот за моей спиной, заставивший окружающих погрузиться в молчание.
Чья-то рука грубо схватила меня за локоть, стремительно оттаскивая от сцены.
Удивившись моей податливости, Эскар неохотно отпускает мой локоть, но я сразу же чувствую его ладонь на своих лопатках.