Девушка приуныла. От них с Идис разило то горелой травой, то дымом, то жирной куриной похлёбкой, а спутавшиеся вконец волосы приходилось расчёсывать руками. Теперь и она больше была похожа на ведьму, которой совсем не место даже на столичном базаре. Торговцы с высот и те выглядели опрятнее. То и дело отвлекаясь на зазывал, музыкантов и актёров, нарядившихся ледяным и зеркальным демонами, Ллея не заметила, как разминулась с дочерью колдуна. Её охватила паника. Она в ужасе вертела головой по сторонам, изо всех сил пытаясь среди почти одинаковых женщин в капюшонах отыскать подругу, но тщетно. До темноты хотелось вернуться в «Очаг», ведь путь был неблизкий, и к тому же плохо знакомый. Узкие дорожки, ведущие через множество маленьких длинных улиц, похожих на лабиринты, девушка почти не запоминала, надеясь на Идис. Ещё немного хаотично побродив меж торговых рядов, она сама не заметила, как вышла на большую, залитую золотым светом городскую площадь и открыла от удивления рот. Ледяные фигуры животных — гигантские и совсем маленькие заполняли её, переливаясь под фонарями точно драгоценные камни. На выстроенной из дерева сцене разворачивался целый костюмированный спектакль, главными героями которого, конечно же, были злые демоны. У подножья шуты раздавали ребятне сахарные леденцы-кристаллы, а миловидные девушки разноцветными бубнами и песнями зазывали гостей в рестораны, привлекая внимание горожан. Сейчас Ллея и сама выискивала подходящее место, в котором можно было хотя бы немного согреться. В том, что колдунья её бросила, сомнений не оставалось. Что могло случиться в самый разгар праздника, в месте с большим скоплением народа, почти при свете дня, ещё и с Идис? По правде сказать, она заметила пропажу бус, которые когда-то сильно приглянулись новой знакомой и которые та, без сомнения, утащила. Но вряд ли оно стоило ссоры. К тому же девушка и сама почти не прочь расстаться со своим теперь казавшимся таким далёким прошлым. Хотя пока и не понимала — больше была рассержена на себя за внезапный приступ хандры или обижена на трусливую подругу.
Здесь были совсем другие дома в два этажа, роскошные и вычурные в своей каменной резьбе, украшающей оконные проёмы. Даже водосточные трубы напоминали произведение искусства. Камень и стекло вообще приводили Ллею в восторг. На островах люди жили просто и скромно, используя для строительства дерево, глину и осколки ракушек. Богатых отличали только украшения, но даже самым лучшим из них не сравниться с теми, что носили местные женщины.
Ллея не увидела возле площади ни дешёвых трактиров, ни мастерских. Из каждого заведения гордо выходили строгие высокие дамы, в сопровождении ещё более высоких прекрасных кавалеров и, если бы не мороз, который к вечеру стал почти нестерпимым, она бы точно постеснялась составить им компанию. Открывший было двери слуга, однако, слегка поклонился и вежливо на общем языке произнёс:
— Прошу прощения, молодая леди, вход сюда в вечернее время одной, к сожалению, невозможен.
Ллея опешила и не успела даже расстроиться, как от неожиданности вздрогнула. Совсем неслышно подошедший человек за спиной бесцеремонно приобнявший девушку за плечи, ласково произнёс:
— Прости дорогая, я задержался.
Голос его был красивым: в нём словно два вечных врага сосуществовали кнут и бархат. Что-то Ллею пугало и настораживало. Она готова была вот-вот развернуться и убежать, замёрзнуть в любом сугробе, лишь бы подальше отсюда. Слуга, с трудом пытаясь отвести взгляд от таинственного незнакомца, нашёл в себе силы отвесить ещё один поклон:
— Нижайше прошу Каа-ра и его прекрасную спутницу меня простить. Добро пожаловать!
Мужчина легонько подтолкнул застывшую неподвижно девушку внутрь.
В интерьере обилие чёрной мебели из редких пород деревьев контрастировало с белоснежными стенами. На каждом из декоративных столиков в ажурных жирандолях, с подвесками из чистейшего горного хрусталя, мерцали свечи, создавая романтическое настроение и уют. Обеденные же столы были украшены небольшими аккуратными канделябрами и бутылками с самым лучшим Сэххишским вином. Ровно посередине комнаты на второй этаж уводила широкая лестница с резными перилами и выложенными кусочками розового кварца ступеньками. Ллее стало совсем не по себе, когда она воочию увидела, какой элегантной на самом деле может быть местная одежда. Ей совсем не хотелось снимать скрывающий простое шерстяное платье плащ и, тем более, капюшон, из-за которого все могли лицезреть её странную в этих краях внешность. Как же глупо! Надо было раньше подумать о том, что это не дешёвая забегаловка окраины, где любой мог остаться инкогнито. Сюда, похоже, богатеи приходили покрасоваться. Демон небрежно, словно какую-то тряпку, бросил в руки слуги чёрный роскошный плащ, вышитый серебром и маленькими синими камнями по подолу, решив, наконец, ради приличия, помочь своей случайной спутнице и, едва девушка успела запротестовать, откинул с её лица широкий капюшон.
