Этой ночью и сам Адлаир снова не мог уснуть. Бессонница словно стала частью его слишком длинного и довольно мучительного существования. Она не только изматывала и истощала демона, но и добавляла немного времени на полезные раздумья. Каа уже давно не вспоминал о месте, в котором находится, о его людях и о той боли, что наверняка многим причинял. Его образом пугали простых смертных и даже сравнивали с Александром — жестоким правителем Сэххиша, властвующим до сих пор и единственным из Первых, кому хватило мудрости взвалить на себя ношу по силам и не бросить её на полпути.
Отец Адлаира был не намерен так просто оставлять Астрал, к тому же считая, что наследнику от земной женщины всё равно никогда не стать правителем демонического мира, а значит лучше пусть имеет хоть какой-нибудь трон. Жаль, что сыну Наймар вовсе был не нужен, и едва он узнал ту — другую и слишком сладкую жизнь, безо всякой жалости был заточён здесь.
Первородный демон никогда не пытался найти способ и для матери — мнимой возлюбленной, которая на его глазах слишком быстро старела. Уже всего через несколько лет Лерегон избавился от неё как от надоевшей куклы. Чушь, что плетут эти люди вокруг, обожающие сочинять милые сказки и легенды, Адлаира смешила. Да, женщина действительно прослыла настоящей красавицей, хотя черты лица он уже и не помнил. Не помнил даже имя. Только голос: мягкий и тихий, что всегда заставлял забывать и о боли, и о неудобном происхождении. А ещё она умела рассказывать сказки как никто другой: про отважных путешественников, покоряющих море или обычных зверей. Отца в это время волновали лишь войны, однако, с их помощью он смог завоевать и свою репутацию, и восстановить на землях покой. Перед тем как покинуть Наймар, Лерегон создал этот странный, изначально весьма сильный Верховный Совет, призванный контролировать не столько силу, сколько неуправляемые корыстные желания наследника, но с каждым веком слабея, передавая свои посты сыновьям. Так и сегодняшние его члены уже не только не ладят между собой, но и того гляди развалятся, а их детям не останется и кусочка некогда величайших знаний и мудрости — пустая формальность. Адлаира сдерживал больше всё тот же Колодец, дающий ему силу в количестве, в котором бесплотным было свыше указано.
Единственные, кто пока ещё мог Каа противостоять — Заннаэгнеф — потомок Оливера, демона огня и второго по старшинству сына Лерегона, и Элиан — потомок демона зеркал и иллюзий Каина Кайета Кессы — кронпринца, сначала попытавшегося убить своих родителей — его отца Лерегона, а затем посадившего на трон третьего сына, играясь с ним, как с марионеткой. Эти двое вообще, по сути, являлись Адлаиру племянниками. И если с Зангом, время которого почти истекло, всё более или менее ясно, то к Элиану стоит присмотреться повнимательнее. Он не так прост. Заставить его пользоваться Колодцем просто необходимо не только потому, что демон должен иметь свою законную силу и как старший брат он желал бы ему большего, но и потому, что такие экземпляры нуждаются в неусыпном присмотре.
Адлаир подошёл к маленькому открытому книжному шкафу, доставая старинную книгу в красном ветхом переплёте. По ладоням от одного прикосновения к ней разлилось тепло. Мужчина с упонием вдохнул запах пожелтевших от времени, чуть надорванных страниц и открыл в том месте, где лежала закладка из обычной щепки. Хотя каждую строчку он знал наизусть и мог процитировать вплоть до знаков препинания, раз за разом перечитывал главы, находя всё новые подсказки. Это была книга истории последней войны — той самой, после которой страна Чёрных песков канула в небытие. Демону казалось, будто сейчас, когда главный ключ найден, разгадка близка. Уже завтра закон будет издан, а впереди есть ещё немного времени, чтобы подумать, как поступить. Его начали настораживать и слова и действия первого советника, с лица которого улыбка хоть и не исчезла, но стала больше походить на оскал. Вечером, когда они пересеклись в одном из коридоров и каждый направлялся в свою спальню, тот не проронил ни слова, сделав вид, что не заметил правителя на расстоянии вытянутой руки. Меньше всего Адлаиру было нужно, чтобы Элиан влюбился. Не увлёкся прелестницей, как чаще всего бывало, а так, по-настоящему и в единственный раз. К тому же, Каа уже понял, что близок к окончательному изменению своего решения. Оставить иномирянку себе — здравая идея. Девчонка не дурна, это видно даже не смотря на потасканный благодаря последним событиям вид. Не понятно пока умна ли — не важно. Правитель не пойдёт на поводу у чувств и эмоции не затмят его разум, а значит, что угрызения совести, в случае, если врата потребуют жертву, мучить не станут. К тому же, получилась бы очень увлекательная история, которая, возможно, разбавит его серые однообразные будни. Сразу после приказа Адлаир пошлёт за нарядами к церемонии и она состоится по всем правилам, как того требует закон. А дальше будет масса возможностей не упустить свой шанс. Тогда и Элиан не вправе помешать.
