- Оставь Боргофа, - перебил Кассиил, - команда не захочет видеть командиром тебя, равно как и меня. Что бы ты себе ни думал, власть Тазара держится не на одном лишь запугивании, а и на уважении бойцов. Тебя они не уважают, так дай им хотя бы чучело на палке в лице Боргофа, которое будет толкать твои идеи своим ртом.
- Ты предусмотрительнее и наблюдательнее, чем хочешь казаться. Я подумаю над твоим предложением, - колдун кивнул, - еще неплохо было бы устранить позера Векса. Меня бесит то, как неумело он красит волосы и прикидывается слугой Темного Принца. К тому же, он и его раб в последнее время как-то подозрительно часто отираются около Тазара.
- Векса надо убрать, согласен. А с рабом что сделаем?
Мэдлор растянул губы в усмешке:
- Как я мог забыть, что кроме меня этого никто не видит? Его раб – тоже псайкер. Пойдет как батарейка во время ритуала. Обычно людишки такого не переживают.
Ангел замолчал, обдумывая услышанное. Мэдлор ясно дал понять, что ему при смене власти много не отломится. Стабильность положения апотекария и ликвидация единственного конкурента – это все, на что он гарантированно может рассчитывать. Но все же колдун мог оказать ему маленькую услугу.
- Мэдлор, можно я все-таки кое о чем попрошу тебя?
- Проси, - он встал и посмотрел Кассиилу в глаза.
- Сделай одолжение: оставь Тазара мне. Пожалуйста. Кому, как не тебе знать, что на самом деле он никакой не Повелитель Ночи, а бракованный ублюдок, самозванец и позор всего нашего рода? – апотекарий презрительно скривился.
- Допустим, я об этом ничего не знаю, - пожал плечами колдун, - просвети же меня, о единственный апотекарий, который много знает и ничего никому не рассказывает.
- Когда Тазара ранили в последний раз, я взял обычный анализ геносемени на его стабильность. И знаешь, что я обнаружил? – Кассиил сделал предельно возмущенное лицо, - Байл оказался нечист на руку: он продал Айверону химерическое геносемя из какого-то очередного эксперимента и ничего не сказал. Тазар – яблочко от двух вишенок сразу. То есть, химера от двух примархов.
- Откуда тебе знать, вдруг дедушка Фабий стал забывчив и просто пробирки перепутал? – вступился за дальнего родственника Мэдлор, - Правды мы все равно уже не узнаем.
- Правда все равно нам не поможет решить нашу проблему. Мне очень обидно, что это генетическое недоразумение выжило, выросло и теперь командует нами, полноценными космодесантниками, - продолжал Кассиил, - исправлять подобные… ошибки надлежит апотекарию, и пока он ходит среди нас, меня терзает чувство невыполненного долга.
- О, я ощущаю твой гнев, брат Кассиил, - Мэдлор бросил на апотекария томный взгляд из-под ресниц, от чего у того неприятно похолодели и зашевелились внутренности, - конечно, я готов отдать тебе Тазара. При одном маленьком условии: делай с ним что хочешь, но пообещай мне, что в конце он умрет.
…
- Ты нам после этого не командир, - сказал Боргоф, поднимая мельта-пушку и нацеливая ее на Тазара.
- Да, Тазар, ты нам больше не нужен, - поддакнул Грифф.
На нем не было доспехов, и те, кто его держали, легко опрокинули Тазара на колени. Он увидел за спинами капитанов Мэдлора и парящее рядом с ним чудовище с гривой черных волос, небольшими рогами и глянцевой бронзовой кожей. Присмотревшись, он узнал в нем Гвилара, искаженного варпом. Колдун сделал из черного брата демонхоста. Неожиданно в комнату влетела Ксарта.
- Вы что делаете? – спросила она.
Мэдлор выстрелил в нее из пистолета, демонхоста опрокинуло, и до пола долетела только груда праха. У Тазара перехватило дыхание.
Черно-белая реальность, в которой Боргоф уже давил на спусковой крючок, погасла. Командир лежал в своей постели и обнимал Ксарту, свернувшуюся клубочком рядом. Хронометр на стене показывал час дня.
Видения посещали Тазара уже не первый раз, и каждое показывало ужасные события, в конце которых он умирал. Примерно половина из них не сбывались, а исход второй половины ему всякий раз удавалось вывернуть в свою пользу. Так было и в день, когда он убил своего наставника. Вечером они серьезно поскандалили: Айверон высказал все, что он думает о своем преемнике и выгнал Тазара вон из своих апартаментов, добавив, что разочарован в нем и жалеет о потраченных силах и ресурсах. Утром ему приснилось, что он зайдет в большой зал, поговорит с «отцом», и тот застрелит его из спрятанного под столом болтера. Как только Тазареон переступил порог зала и увидел Айверона сидящим в той же позе, что и в видении, он выхватил болт-пистолет и молча снес «отцу» голову. А потом обнаружил под столом лежащий на коленях тела болтер.
События из этого видения казались совсем нереалистичными. Колдун заперт в храме, а в верности своих капитанов Тазар не сомневался. А добившись расположения Ксарты, он мог вообще ничего не бояться.
«Ну и приснится же такая дрянь», - подумал Тазар и прижал спящую Ксарту плотнее к себе.
