Последний романтик полностью

– Нет. Я просто… Просто знакомая. – Рене выдавила улыбку, и эта мелкая ложь уничтожила ее решительность, и вся уверенность куда-то исчезла. Она попыталась расслабить плечи и излучать благожелательность, которая точно была бы у подруги Луны Эрнандес. Должны же у нее быть друзья, у этой неизвестной женщины, бросившей Джо одного; у нее, наверное, даже семья есть. Встречались ли они с Джо? Знают ли, что он умер? У Рене встал комок в горле, она не могла сглотнуть, не могла вымолвить ни слова. Она опустила глаза, сделав вид, что ищет что-то в сумочке, чтобы спрятать от бармена лицо.

– Ладно, – сказал бармен, кашлянув. – Одну минутку. – Он прошел вдоль бара взглянуть на двоих мужчин, которые пили красное вино и помотали ему головой: нет, спасибо, ничего не нужно, и куда-то исчез.

Дима прошел через вращающуюся хромовую дверь на кухню, где только начиналась возня подготовки ко времени ужина. Поваренок резал в углу красные перцы, шумела посудомойка. Сушеф Хорхе возился с упаковками и ящиками продуктов, сложенными в узком пространстве между входом в холодильную камеру и служебным выходом.

– Ты видел Луну? – спросил у него Дима.

– Пока нет. – Хорхе поглядел на него долгим взглядом. – Полиция?

Все на кухне знали о детективах, которые забрали Луну, хотя их видел только Родриго. Родриго, которого все терпеть не могли за то, что он обращался с персоналом с жесткой эффективностью, отказывался нанять больше официантов или поменять распределение столиков более разумным и честным образом. Он разбавлял содержимое бутылок, подторговывал по субботам маленькими пакетиками кокаина в мужском туалете и никогда ни с кем не делился. Все жалели, что их не было в тот день, чтобы помочь Луне. Они знали о полиции, как себя вести, от чего отказываться. Мне нужен адвокат. Это могли сказать все, даже на самом плохом английском. Если бы там был кто-то из них, – ну, кроме Родриго, – они смогли бы помочь Луне. Их Луне, красивой и грустной, которая оставалась после смены, которая ела и пила с ними. Они видели, как она выросла из шестнадцатилетней девочки, мечтающей о колледже, в нынешнюю, двадцатипятилетнюю, и как у нее над глазами при улыбке появились первые морщинки. В ту ужасную ночь, когда Луна, вся дрожа, вернулась из полицейского участка, Хорхе дал ей тарелку пасты и чашку горячего чаю; Дима взял на себя весь бар на тот час, что ей понадобился, чтобы прийти в себя.

Родриго появился из зала с разделочной доской в одной руке и стеблем сельдерея в другой. Он что-то жевал.

– Иди отсюда, Дима, – сказал он. – Что тебе тут надо? – По его лбу стекала тонкая струйка пота, и он бросил доску, чтобы махнуть на Диму рукой.

– Там кто-то ищет Луну. – Диме не хотелось говорить это, но он не умел быстро и хорошо врать.

Родриго закатил глаза.

– Опять полиция?

– Нет, это женщина. Она говорит, что знакомая, но она не похожа ни на кого из подруг Луны.

– Знакомая? А тебе-то, Дима, что за дело? Ты что, нанялся к Луне секретарем на полставки? Надеюсь, она хорошо тебе платит, потому что, если ты через десять секунд отсюда не исчезнешь, это будет твоей единственной работой. – Родриго злобно ухмыльнулся и откусил сельдерей крупными желтыми зубами, отчего Дима вспомнил Багз Банни из мультика, который смотрел часами в детстве, когда только приехал сюда с Украины и незнакомые английские слова звучали для него, как пулеметный огонь, как сильный дождь: быстрое стаккато, в котором невозможно было различить никакого смысла.

Дима повернулся, ушел обратно в бар, налил еще два стакана дорогого каберне двоим мужчинам в серых костюмах и вернулся к усталой женщине у стойки.

– Так Луна здесь? – спросила она. – Мне надо ей кое-что передать.

Дима покачал головой.

– Извините, я ее не видел. – Он пожал плечами и начал нарезать лаймы коротким, очень острым ножом на аккуратные дольки.

Женщина перевела дух:

– Простите, когда, вы сказали, Луна приходит на работу?

Дима вздохнул. Он был уверен, что честность была его единственным, но большим недостатком.

– В семь, – ответил он. – Хотите оставить то, что вы принесли для Луны?

Женщина помотала головой:

– Нет. Я подожду. – Она уселась на барный стул и вынула телефон.

– Налить вам что-нибудь?

– Джин, – сказала она. – Я буду джин с тоником.

Пока Рене ждала в баре, Луна пришла на работу через служебный вход. Она протиснулась мимо коробок с кетчупом и срирачей, обогнула башню только что доставленных чистых белых салфеток и скатертей, перевязанных бечевкой, отыскала в кладовке чистый черный фартук и повязала его на талии, выходя в кухню. Она поздоровалась с Луисом, посудомойкой Рейли, официантками Эстеллой и Сью и уже была на пути к бару, когда Хорхе окликнул ее по имени:

– Стой, Луна. – Он обошел линию ламп нагрева, которые еще не были включены, и встретился с ней у двери.

– Что? – спросила она.

Хорхе редко выходил в зал; его вселенной была кухня, где он был королем.

– Дима сказал, там кто-то ищет тебя. Я не знаю, – Хорхе пожал плечами, – может, стоит взглянуть, прежде чем выйти туда.

– Детективы?