– Сенешаль, я отвечу на ваш вопрос. Господь показал нам свое великое могущество вчера, потому что одного из самых малых ветров, который так слаб, что едва может называться ветром, хватило бы, чтобы утопить короля Франции, его жену, детей и свиту. Поэтому мы должны быть благодарны Господу за те опасности, от которых он нас избавил. Посмотрите, сенешаль, мы живы, пройдя через столько болезней, ранений, испытаний, смертельных опасностей. Когда такие потрясения настигают нас, святые говорят, что это предупреждение свыше. Святой Ансельм говорил: «Боже, зачем Ты грозишь нам? Ведь от угроз Твоих Тебе ни выгоды, ни убытка нет; если бы Ты всех нас погубил, то не стал бы беднее, а заполучи Ты всех нас, то не станешь богаче». Бог посылает нам испытания не ради Своей выгоды и не во избежание ущерба Себе, а только из великой любви к нам, Он предостерегает нас своими угрозами. Он словно говорит избежавшим тяжелых болезней: «Видите, Я мог вас уничтожить, если бы захотел». Так же Он говорил нам вчера: «Видите, Я мог бы вас утопить, если бы захотел». Он побуждает нас этими угрозами и бедами, чтобы мы ясно увидели наши недостатки и избавились от того, что Ему неугодно. Не нужно роптать на Бога за посылаемые Им испытания, причину несчастий надо искать в себе. Поступим же так, и мы поступим мудро.
На следующий день флот остановился на острове Лампедуза. Решили сделать высадку, чтобы матросы смогли запастись водой и поохотиться на кроликов, которые в большом изобилии водились на острове. Мы захотели пройтись по острову вместе с королем, Людовик говорил, что там есть обитель, где живут монахи-отшельники. Действительно, территория оказалась ухоженной, был разбит сад с оливами, фиговыми деревьями, виноградом, увивавшим плетень и домики отшельников, в глубине сада шумел источник. Там же стояла молельня из извести с красным, грубой работы, крестом. Несмотря на то, что сад цвел, было заметно некоторое запустение: садовые цветы были забиты сорной травой, дорожки заросли. Когда же мы вошли в молельню, то стала понятна причина этого запустения: на земляном полу молельни мы обнаружили кости древних отшельников. Скелеты лежали, скрестив на груди руки, вытянув ноги ко входу. Похоже, что они умирали здесь от старости, и умерли давно, потому что от них остались лишь кости и грубые фрагменты рясы.
Когда флот подплывал к острову Пантелариа, королева попросила короля послать вперед кого-нибудь набрать фруктов для детей. Король выслал вперед три галеры, отдав им приказ быть наготове вернуться, когда «Монжуа» будет проходить мимо острова. Но когда корабль короля проплывал мимо острова, галеры не вернулись. Матросы перепугались, решив, что галеры захватили сарацины, и хотели идти дальше, но король отказался следовать их совету.
– Я не оставлю своих людей в руках сарацин, не совершив все возможное, чтобы освободить их, и я приказываю вам повернуть паруса и напасть на остров.
Королева, услышав это, с горечью воскликнула:
– Увы! Это все из-за меня!
Корабли повернули, и тут стали видны галеры, отходящие от острова. Когда они подошли к королевскому кораблю, Людовик спросил моряков о причине их задержки. Оказалось, что виной всему были шестеро сыновей парижских горожан, которые объедались фруктами в садах, и их невозможно было заставить вернуться обратно на борт.
Король очень рассердился и приказал посадить виновных в шлюпку. Юноши умоляли его не делать этого, они раскаивались в своем проступке и не хотели быть опозоренными, ведь подобным образом возили только воров и убийц. Королева и бароны упрашивали короля простить их, но он не захотел смягчить наказания. Виновных посадили в шлюпку, и они пребывали там до конца путешествия, живя в постоянной опасности, потому что волны накрывали их с головой, и приходилось все время держаться за шлюпку, чтобы ветер не унес их. Но наказание было справедливым, потому что их обжорство нанесло флоту ущерб – из-за того, что пришлось возвращаться к острову, продолжительность пути увеличилась на несколько дней.
На следующий день несчастье случилось на «Модене». Кузина Маргариты де Бомон, пребывавшая не в себе с тех пор, как в плену погиб ее муж, выбросилась за борт. Ее годовалый сын был в это время на руках у Маргариты в каюте, но мальчик вдруг заплакал, и Маргарита заподозрила неладное. А когда раздались крики моряков и в комнату ворвался Жан, Маргарита выбежала вслед за ним и успела увидеть лишь белую манишку погружающейся в пучину женщины. Спасти ее не успели, и ребенок оказался в попечении четы де Бомон. Жан признался Вильяму Уилфриду, что совершенно не представляет, как они теперь будут жить – во Франции их ждали собственные дети, мать и сестра Маргариты, дела были запущены, а они и так были небогаты. Но все же Жан не унывал.
– Все в этом мире происходит не случайно, – заметил он, глядя вместе с Вильямом, как проплывают по небу облака. – Раз так случилось, значит, Господь того пожелал.
