– Миша! – Сыщик крикнул, не вставая из-за стола, через приоткрытую дверь, и в проеме немедленно показалась лохматая рыжая голова. – Поедешь со мной на кладбище? Сегодня зубатовские именины, семья соберется.
И добавил уже тише:
– Если хотел еще раз поговорить с барышней…
– Поеду, – покраснел Мишка. – Я подарок купил.
– Диос милосердный, ты видишь нашу скорбь из-за того, что внезапная смерть унесла из жизни дражайшую родственницу. Прости ей грехи ее и вознагради за труды, а нам позволь лицезреть ее в блаженстве вечного света…
Отец Иларион тихо читал молитву. Человек пятнадцать родственников сгрудились вокруг – молчаливые и собранные.
Надо же, почти три недели прошли со дня смерти. Самарин стоял в отдалении, но все же заметил, что на свежей могиле уже начала пробиваться трава. На кладбище было очень тихо, лишь ветер шелестел верхушками сосен, и негромко пела где-то высоко птица.
Мишку сыщик попросил остаться неподалеку, но явно не показываться. Где-то среди деревьев он незаметно и затерялся. Перед церемонией пронырливый Афремов успел незаметно пристроиться к дочке священника, сунуть ей что-то в руку и шепнуть украдкой. Митя заметил, что барышня порозовела, улыбнулась и пару раз кивнула, а Мишка издалека показал начальнику большой палец. Что ж, на этот раз, видимо, все получилось.
Священник читал проникновенно, нараспев. Остальные в нужные моменты склоняли головы и складывали пальцы пирамидкой. Благостность момента нарушал лишь неуместно шустрый для мертвого пса Стикс, который бегал между могилами, деловито задирал заднюю лапу на низкие оградки и принюхивался.
Впрочем, собравшиеся почти не обращали на него внимания. А младшие Хауды, слава Диосу, на поминки не пришли. Иначе бы тут носились среди могил семеро монстров, а не один, одетый в приличный клетчатый костюмчик.
Петр Хауд сыщику признательно кивнул. А Клара Аркадьевна стрельнула в Митю маленькими глазками, но не прокомментировала его внезапное присутствие на семейном сборище. Дел у хозяйки похоронного дома и без этого хватало – она решила организовать легкие закуски а-ля фуршет прямо на полянке возле могилы и сейчас носилась вокруг, шепотом прикрикивая на подавальщиков.
Митя, стоя вдалеке, размышлял. Зубатовское дело, поначалу казавшееся довольно простым, запутывалось все больше. По всему выходило, что бойкую старушку не жаловали ни в низших, ни в высших московских кругах. Боялись? Похоже на то. Холера и Чума – прекрасные прозвища. Отражают в полной мере. Допустим, зная о ее… особенностях, напрямую напасть на Дарью Васильевну никто из местных бы не рискнул.
Значит, все-таки заезжий гастролер? Выполнил заказ, забрал кольцо и сделал ноги? Тогда дело плохо. Разматывать эту цепочку можно годами, прежде чем выйдешь на заказчика.
А если все-таки кто-то из своих? Например, кто-то из этих милых родственников, собравшихся здесь почтить память Дарьи Васильевны? Кто-нибудь затаивший на нее давнюю обиду?
Думай, Самарин, думай. Пора уже переходить к активным действиям.
«Официальная» часть завершилась довольно быстро, и родня, сгрудившись вокруг стола, негромко переговаривалась, изредка кидая настороженные взгляды на сыщика. Пускай. Интересно посмотреть на всех разом в кулуарной обстановке. Кто первым не выдержит и подойдет спросить что-нибудь? Задать вопрос, который, несомненно, их гложет с момента оглашения завещания?
– Вы, как я погляжу, прямо привязались к нашему семейству. – Подошедший Лазарь Зубатов держал в правой руке стакан, а в левой – деревянную шпажку, на которую вперемешку были наколоты кружки огурцов, кусочки сыра и ветчины.
– Ага. Прилип как горчичный пластырь, – кивнул Митя. – Не отклеюсь, пока кого-нибудь из вас не припечет.
– С интересом буду ждать. Кстати, на вас, говорят, покушались?
– Для серьезного покушения сработано слишком по-дилетантски. Стрелок промазал.
– Я бы не промазал, – заявил Лазарь Платонович и стянул зубами со шпажки все закуски разом, тщательно прожевал и довольно зажмурился. – Для обращения с метательным оружием нужна сноровка.
– А у вас она имеется?
– У меня есть древний египетский лук, – широко улыбнулся Зубатов и поковырял пустой шпажкой в зубах. – В гробнице нашел. Могу показать.
– Осмотрю ваш арсенал с большим интересом, – невозмутимо ответил сыщик. – Может быть, эта старинная стрела с четырехзвездным наконечником и красным оперением, не попавшая в меня, прекрасно к нему подойдет. А про покушение вам кузина Аделаида рассказала?
– Точно. Она, правда, уверена, что хотели убить ее. Я бы не удивился, если честно. Она многим доставила… хлопот.
– Ваш цинизм меня иногда поражает. На ее долю и так пришлось много невзгод. Смерть детей, затем мужа…
