Фото: © Smoking Dogs Films. Предоставлено Lisson Gallery`
Мультиверсум является ключевым понятием в рамках постгуманизма и нового материализма, представляя, символически и материально, окончательную децентрализацию человека. Его актуальность состоит в том, чтобы деконструировать возможность какого-либо эпистемологического или онтологического центра, не допуская никакого центризма (от антропоцентризма до центризма Вселенной). С одной стороны, это является следующим шагом в пересмотре человеком своего пространственно-временного положения, первоначально в истории западной астрономии поместившего в центр Землю, согласно геоцентрической модели Птолемея. Затем, после перехода к гелиоцентрической модели, основанной на открытиях Николая Коперника (1473–1543), в центре оказалось Солнце. Позже стало понятно, что наша Солнечная система является частью галактики и что эта галактика является одной из многих во Вселенной, которая, согласно текущим научным исследованиям (от квантовой физики до областей космологии и астрофизики), может быть частью мультиверсума[74]. К понятию мультиверсума можно подходить и как к метафоре, и как к реальной конфигурации материи (Kaku, 2005; Каку, 2018; Greene, 2011; Грин, 2013). Как материальная гипотеза, она раскрывает возможный физический состав вселенной, частью которой мы являемся; это предполагает, что материя, составляющая эту вселенную, также будет актуализировать неопределенное число других вселенных в процессе как их взаимосвязи, так и автономии. Как метафора и мысленный эксперимент, понятие мультиверсума значительно расширяет спекулятивное самовосприятие индивида, соотнося его с другими мирами, которые могут выпадать из одномерного анализа. К понятию мультиверсума также можно подойти с точки зрения соотношения размеров тел внутри тел: например, с микроскопического уровня бактерий, живущих в наших внутренних органах, само человеческое тело можно рассматривать как вселенную; это конкретное человеческое тело в контексте человеческого вида можно рассматривать как универсум в мультиверсуме.
Здесь важно отметить, что, несмотря на радикальную деконструкцию понятием мультиверсума любой дуалистической парадигмы, его текущее научное восприятие фактически осуществляется по аналогиям «я/другие», «здесь/там», и такой подход соответствует традиционному гуманизму, основанному на необходимости других как зеркал для «я». С одной стороны, эти другие вселенные изображены настолько далекими, что они никогда не будут достигнуты (Tegmark, 2010); с другой – они исследуются с антропоцентрическим желанием постулировать иные миры, населенные «людьми с той же внешностью, именем и памятью, что и вы» (Ibid.: 559). Двойничество часто рассматривается как возможное в научной литературе о мультиверсумах и лежит в самом сердце предложения Хью Эверетта об интерпретации множества миров (1956), фокусирующейся на человекоцентричной завороженности идеей вселенных, в которых могут быть другие версии «я», на пере-вписывании мультиверсума в границы эгоцентрических ассимиляций вместо ситуативного признания онтических различий.
Если научное восприятие мультиверсума не полностью отражает постчеловеческое его понимание, то исторический взгляд на это понятие в философии может предложить некоторые другие перспективы. Сам этот термин был предложен философом Уильямом Джеймсом (1842–1910) в очерке «Стоит ли жить?», где он заявил: «Видимая природа – это пластичность и безразличие, [моральный]
