На следующий день мне тоже ни с кем не хотелось разговаривать. Коммуникатор по-прежнему оставался подальше от глаз и ушей. Но со вчерашнего вечера я бредила мыслью поехать к Бикене Раи и рассказать ей обо всем, пока она не узнала обо мне. Но не успела.
Ощутимым уколом вины стал новостной блок, когда я решила включить мультипанель, где во всеуслышание объявили новую пару нэйад. В виски ударило, словно пуля влетела с одной стороны и вылетела с другой. Я беспомощно села на диван и замерла.
Теперь я впервые не знала, что делать со своей жизнью здесь. Я едва нашла подход к шэктэри, она только приняла меня за равную и стала уважать… а сейчас вся наша дружба висела на волоске… если еще не оборвалась… Я даже не хотела связываться с ней на расстоянии. Мне нужно было увидеть ее и придумать, как оправдать себя.
Единственное, что обрадовало во всей этой кутерьме, что я смогла сделать заказ еды в жилище. Официально объявленный статус нэйады это позволял, как сообщила инфосеть на планшет. Ведь я не ела ни вчера, ни сегодня. От голода немного тошнило и болела голова. А еще от недосыпа и неразберихи в мыслях.
Так захотелось выйти и ощутить свободу от всего, что наполняло меня сейчас, чтобы утренний ветер растрепал волосы и охладил тело, посмотреть на всё с огромной высоты и подышать. Терраса ограничивала потолком и перилами.
Я съела кусочек пирога с чаем, быстро сняла испачканный комбинезон, надела свое любимое платье с капюшоном и поднялась на мост близнецов в одном из модулей, которым, по моим наблюдениям, редко пользовались. Очень не хотелось, чтобы меня где-нибудь застал снежный человек, особенно в замкнутом пространстве модуля.
Прохладный освежающий ветер почувствовала сразу, как вышла на открытую площадку моста близнецов. С главной дорожки я свернула в ряд за пышными кустами. Медленно бредя вдоль скамей и групп тонкоствольных деревьев, сама не замечая того, вышла к излюбленному месту. И в то же мгновение споткнулась и замерла на месте.
– Грэйн?– невольно выдохнула я, увидев мужчину, который сидел на скамье с планшетом в руках и, кажется, что-то рисовал.
Его волосы, собранные в хвост на затылке, раздувал все тот же ветер, он же вздымал тонкую ткань сорочки, продувая насквозь. Мужчина моей мечты был такой красивый и трогательный в этот момент, что от мыслей о том, что теперь будущее не связно с ним, сердце облилось кровью.
Грэйн оглянулся, или услышав меня, или почувствовав, и на его лице засияла искренняя улыбка, улыбка соскучившегося по мне мужчины. Я даже удивилась, что он все еще рад мне. Грэйн легко поднялся и кивнул в радушном жесте приветствия сиер.
«Он не знает?!– оторопела я и тут же сникла, понимая, что мне самой придется сообщить ему новость, а это гораздо тяжелее.– Как теперь смотреть ему в глаза? Сбежать уже не получится, да и не хочу выглядеть трусихой…»
Я смиренно выдохнула и пошла ему навстречу. Он сам подошел настолько близко, что со стороны это выглядело весьма интимно.
– Приветствую тебя, Грэйн,– тихо сказала я, разглядывая его светящееся радостью лицо.
– Как давно я не видел тебя и не слышал,– без упрека, а действительно, соскучившись, сказал он.
– Грэйн,– прошептала я, а у самой к горлу подкатились слезы.
– Что-то случилось?– тревожно сдвинул брови он и склонил голову.
Я судорожно закивала и закрыла глаза, чтобы не дать слезам воли.
– Что?
В его голосе слышалось явное беспокойство. Грэйн поднял руку, чтобы коснуться меня, но я тут же отстранилась и скрестила руки на груди, убеждаясь, что он действительно ничего не знает. Грэйн остался стоять на месте, только напряженно повел плечами. Ждал, пока я сама расскажу.
– Ты не слышал новости?– едва слышно проговорила я.
– Сегодня еще не выходил из жилища и не включал новостной блок…
А у меня язык не поворачивался это произнести. Как? Какими словами? Тогда я собралась с силами, высоко подняла голову и молча, не моргая, посмотрела на мужчину, чтобы он сам всё увидел.
Грэйн некоторое время тревожно разглядывал меня, а потом во взгляде промелькнуло узнавание, выражение лица сразу изменилось. Он выпрямился и непринужденно отстранился. Его поза, взгляд говорили о благоговении передо мной, будто выражать особое отношение к нэйадам у тэсанийцев было в крови. И я сразу вспомнила, что неоднократно наблюдала именно такое поведение одних тэсанийцев перед другими. И более всего на обряде единения Флэя и Трэи. Я и сама испытывала к нэйадам трепетное чувство, но никогда не думала, что такое испытают ко мне.
Сейчас между нами было больше двух шагов. Я поняла: он соблюдал положенную дистанцию. Это и ударило по самолюбию, и вызвало еще большее уважение к его достоинству, но угрызения совести снедали изнутри.
– В одном я был прав – ты настоящая Тэса, и всегда ею была,– почтительно заметил Грэйн, разглядывая мои глаза, будто впервые.– А теперь ты нэйада!
– Грэйн…
– Кто твой нэйад?– дружеским тоном поинтересовался он.
