Когда мы вернулись, за столом велась оживленная беседа. Вэлн и Райэл увлеченно обсуждали свое участие в состязаниях и выбранную стратегию. Бикена Раи внимательно слушала и делилась своим мнением. Мужчины к ней прислушивались. Я пропустила Киэру на ее прежнее место и присела рядом, теперь по правую руку сидел Вэлн. Никто не заострил внимания на том, что произошло со мной и как я чувствую себя после фииса. Не хватало еще обсуждения моего поведения за столом!
В зеленом контейнере прибыл наш обед. Видимо, Райэл скорректировал мою заявку на блюда, потому что на столе оказалось не так много блюд, как я ожидала. Запах был чудесный. Я взяла вилку, переложила фруктовый соус к главному блюдо из овощей, взяла тарелку и, откинувшись назад, поставила ее себе на колени, а затем, не обращая ни на кого внимания, в полном молчании и в каком-то смешанном настроении вяло ковырялась в ней. Меню действительно было другим. Ничего схожего с Эйруком.
Киэра тоже с озорством влилась в разговор группы. Я не особо прислушивалась и, разумеется, не участвовала. Райэл проявлял несвойственную ему активность. Бикена Раи была непривычно весела. А я только переводила вежливый взгляд с одного говорящего на другого, чтобы создавать видимость, что ничего не произошло, и я просто внимательная ученица. Меня, слава богу, никто не трогал и не задавал дурацких вопросов: что с тобой? Почему нет настроения? Кира, улыбнись…
Но в какой-то момент я сосредоточилась на Бикене Раи: заинтересовало ее необычное поведение. Она следила за всеми внимательным взглядом, периодически коротко улыбалась и высказывалась на общую тему. Неожиданно для себя я заметила, что, когда говорил Райэл, на какую-то долю секунды она словно замирала. Замирал ее взгляд, замирали ее движения, замирало ее дыхание.
Я вспомнила ее вчерашнее поведение, и как она раньше защищала Райэла, или все, что так или иначе было связано с ним. Как часто она с ним переговаривалась, очень тихо и внимая каждому его слову. Как находилась чаще всего рядом с ним или прямо перед глазами, за столом в зале обучения, за обедами и завтраками, в шаттле, на «стадионе»…
«Боже, да она в него влюблена!– понимание снизошло на меня как снег на голову.– А он?!»
Я непроизвольно перевела изучающий взгляд на Райэла, но не заметила ни одного знака, что он испытывает то же самое. Однако он всегда мог держать себя в руках. Это его пунктик: безусловный самоконтроль!
«Какая выдержка!– снова поразилась я, в некоторой степени завидуя его способности.– Для этого они поддерживают на публике чисто деловые отношения? Никто и не догадается! Марк был прав, мужчине не обязательно проявлять чувства и как-то намекать, он просто мог пригласить ее к себе. А вот она, все же не тэсанийка по рождению и воспитанию, проявляет большую эмоциональную заинтересованность. Бикена Раи плохо играет. «Не верю!»– сказал бы Станиславский. И все, что рассказывала Киэра про него, вероятнее всего, просто ширма, которую видят остальные. Их тэсанийские игры в эмоциональную стабильность и рационализацию чувств. Хм, но они друг друга стоят! Оба холодные, как айсберги. И с обоими у меня глухая стена!»
Пораженная своей догадкой, я опустила голову и, чтобы не показать лишних эмоций, закусила нижнюю губу.
Когда я доела одно блюдо, то сменила его другим, снова поставив тарелку на колени, но уже не видела перед собой еду, а задумчиво тыкала в желеподобную запеканку ложкой, выкапывая лунки и перекладывая «выкопанное» из одной лунки в другую.
За столом образовалась тишина. Периферическим зрением я заметила, что Бикена Раи обратила внимание на мои «художества», и Райэл (как синхронно!) в усмешке склонил голову набок.
Я сфокусировала внимание на своем присутствии за столом. Но красноречивое молчание и взгляд Райэла вывели из себя.
– Что я делаю не так?– оглянулась я и вперила пристально-изучающий взгляд в его испытывающие глаза.
– Разве я на что-то указал?– невозмутимо заметил он и отклонился на спинку дивана, продолжая смотреть прямо в глаза.
– Вашей усмешки достаточно,– язвительно поморщилась я.
– Возможно, это потому, что ваши слова и действия напоминают ребенка в двухлетнем возрасте.
От такого замечания я подавилась слюной и прочистила горло резким кашлем, отвернувшись в другую сторону. От напряжения на глазах выступили слезы, но они быстро высохли, как только изнутри поднялась волна негодования.
– Я, по-вашему, настолько инфантильна?!
– Кира, двухлетний возраст не синоним инфантильности,– с усмешкой ответил Райэл.
– Да?! А как же мне расценивать ваше замечание?– все больше распаляясь, проворчала я, ощущая, что вот-вот нетерпение детонирует.
– Просто то, что вы делаете сейчас и как порой ведете себя, тэсанийские дети делают до двухлетнего возраста. Только и всего.
Невозмутимость его взгляда и усмешка, застывшая на губах, и присоединившаяся в точности похожая реакция Бикены Раи вызвали очередной взрыв раздражения. Я не нашла достойных слов в ответ, и потому выпалила первое, что пришло на ум:
– Ну и пожалуйста, смейтесь себе на здоровье! Рада, что могу вызвать у вас хоть какую-то эмоцию!
