Камаа сделала шаг к Киэре, любопытно тряхнув головой, но не подошла близко.
– Это заповедник, да?– уточнила я у Вэлна, наблюдая, как Киэра достает из того самого мешочка что-то зеленое и кладет на дорожку перед животным.
– Так и есть. У нас нет клеток и загонов, как у вас. Животные будут сами подходить к нам. Ты сможешь многих из них разглядеть, а некоторых и потрогать.
Я досадливо сглотнула ком в горле. Да, мы сами были хищниками. Стало как-то неловко, но я подавила огорчающие мысли сознанием того, что все-таки не принимала в этом участия. И в зоопарке была лишь в глубоком детстве, когда еще не осознавала, насколько удручающе выглядит содержание зверей в клетках. А цирк я вообще никогда не любила.
Каама слизала с камня зеленый комочек и Киэра довольно засмеялась. От ее лучистого смеха существо вздрогнуло, подпрыгнуло на копытцах и высокими короткими прыжками унеслось восвояси.
– Забавное животное,– рассмеялась я и двинулась следом за своей компанией.
Мы медленно спускались в низину по витиеватым дорожкам между невысокими деревьями и кустарниками. Трава была низкой, практически, как стриженый газон, я не опасалась, что из нее кто-то неожиданно выпрыгнет или выползет что-то страшное. Я вполне доверяла спокойствию Вэлна и Киэры. Воздух был свеж, теплый ветер колыхал несобранные волосы, я так и не смогла их уложить, оставив густыми волнами лежать по плечам и спине. Настроение было легким и ожидающим чего-то удивительного.
И оно, удивительное, не заставило себя долго ждать. То вдалеке, то рядом с нами появлялись самые неожиданные создания Тэсании. И не было у них по три глаза или по шесть лап, страшных рогов или неестественной окраски. Кто-то выглядел мило, кто-то весьма необычно, а кто-то и вовсе нелепо, но никто не вызывал неприятия или явного отторжения. Я не узнавала в них земных существ, но многие были похожи на смесь видов, черты перемешивались, характеристики удивляли, а формы вызывали самые разнообразные впечатления. И все они с любопытством разглядывали нас, некоторые сами подходили обнюхать и потереться головой или боком. Я ощутила, что и животные Тэсании имеют такую же высокую температуру, как и у тэсанийцев. Вэлна и Киэру чаще просто не замечали, но на меня обращали внимание. Видимо, я пахла как-то по-другому.
Помимо нас, в заповеднике прогуливались и другие компании. Детей я не заметила, но были молодые и очень взрослые тэсанийцы. Кто-то, совсем как люди на пикнике, расположился на подушках под деревом и прикармливал белоснежных детенышей медведеобразных вместе с их родителями. Кто-то играл с забавными желтыми прыгучими существами посреди открытой лужайки, те напоминали собой кенгуру, но уж очень маленьких и со слишком большими ушами, которые, казалось, иногда перевешивали их самих.
– Это намагали. Они обожают резвиться,– рассказал Вэлн.
– От них можно так устать,– сморщила свой красивый носик Киэра, а затем скорчила смешливую рожицу.– Они привязываются и скачут за тобой по всему зоопарку, требуют очень много внимания. А если ты его не проявляешь, то начинают грызть одежду на тебе.
– Хорошо, что не кусать за руки и за ноги,– на всякий случай уводя спутников в другую сторону от желтых непосед, улыбнулась я.
– По неосторожности могут и ухватить,– прищелкнул языком Вэлн, что у меня по коже побежали мурашки.
Еще несколько пар тэсанийцев кормили животных, похожих на коров, только без рогов и с менее выпученными животами. Только «коровы» не мычали, а довольно протяжно подвывали очень тонкими голосами.
А затем мы оказались у необычно вытоптанного поля: посредине был густой островок травы, а вокруг голая почва, выбитая следами копыт. Поле пустовало, но было заметно, что здесь кто-то регулярно активно «нарезает» круги.
Внезапно послышалось тихое тонкое ржание, и на поле выбежали животные на высоких изящных, но мускулистых ногах, очень напоминающие лошадей. Жемчужно-серый цвет их шерсти впечатлял, но не только это удивляло. Хвосты у них были, как у жирафов: тонкие и с кисточкой на конце, а вместо гривы от затылка и по всему позвоночнику до хвоста тянулся плотный ряд короткой белой щетины. Морда вполне походила на лошадиную, но острее и уже. Глаза такие же темные большие и трогательные. Четыре лошади пронеслись по заученному кругу, а затем остановились пощипать травы в его центре.
– Киэра!– вспомнила я.– Ты хотела знать, кто такие лошади? Вот они, какие у вас. Но конский хвост у них отсутствует.
Я быстро сняла планшет с руки и набрала в инфосети запрос на картинку арабского жеребца. А когда та высветилась на экране, показала тэсанийцам. Киэра с неподдельным интересом сравнила их бэура и нашу лошадь и, обменявшись с Вэлном впечатленными взглядами, они оба отдали предпочтение моему виду животного, восхищаясь поистине богатым хвостом и гривой.
