Вокруг раковины была настоящая кровавая баня, и, подойдя ближе к зеркалу, он увидел что-то прилипшее к стеклу. Достал фонарик и посветил им на кровавый комок. Кусок мозга? Нет. Кусок десны с черными хирургическими швами. Ой.
Стараясь не испачкаться, Психоглаз внимательно обыскал камеру. Обычно так внимательно ищут наркотики или оружие. В его случае это был мобильный телефон.
Он уже готов был сдаться. Лишь прижав фонарик к стене над кроватью и посветив вверх и под водопроводную трубу, он увидел белый квадрат, прикрепленный к металлу.
Психоглаз встал на кровать, снял мобильный телефон с трубы, осмотрел со всех сторон. Вновь услышав в коридоре шаги, сунул его в карман и спрыгнул с кровати.
– Есть что-нибудь? – спросил Ларч, возвращаясь в камеру.
– Ничего, – ответил Психоглаз. – У тебя какие новости?
– Все очень серьезно. Его собирались отвезти в больничное крыло, но потом он начал приходить в себя. Так что его повезли в Пиндерфилдс.
– Ты слишком за него волнуешься, Ларч. Не забывай, кто он такой.
– Иди в задницу. И не называй меня Ларчем.
Тристан встал рано, когда было еще темно, и по снегу пошел в спортивный центр в Сент-Панкрас. Как следует позанимавшись, на обратном пути забежал за кофе и круассанами. Солнце только-только выглянуло из-за крыш и осветило полоску дороги и замерзшие верхушки деревьев. Когда он вернулся, Кейт сидела на кухне.
– Доброе утро. Все хорошо?
– Нет. Не совсем.
Тристан сразу же забеспокоился. У нее был растерянный вид, лицо побледнело и осунулось, под глазами набухли большие мешки. На одно ужасное мгновение ему показалось, что она снова сорвалась. Он подошел к шкафу и открыл его, сделав вид, будто ищет тарелку, хотя на самом деле его интересовала бутылка шнапса. Она по-прежнему стояла в шкафу и по-прежнему была наполовину полной. С облегчением выдохнув, он достал две тарелки.
– Вы поели?
– Я не очень голодная… но я выпью кофе…
– Что случилось? – Тристан протянул Кейт стаканчик.
Она рассказала, что Питер Конуэй звонил Джейку с личного номера телефона.
– Черт возьми, откуда у него телефон? – спросил Тристан с ужасом и вместе с тем облегчением, что плохие новости не связаны с алкоголизмом Кейт. – С Джейком все в порядке?
– Да. Питер, по всей видимости, просто хотел сказать ему, что любит его и хотел бы стать ему настоящим отцом.
Тристан не знал, как на это реагировать, поэтому просто приподнял бровь.
– А потом я сама позвонила Питеру. По этому номеру… Он очень удивился, услышав мой голос. Его речь была нечеткой из-за лекарств. Питер сказал, что телефон плюхнулся ему на колени, в буквальном смысле, когда он был у стоматолога.
– Тюремного стоматолога?
– Да. Внутри телефона была записка с просьбой ему перезвонить.
– Подписанная?
– Нет. Питер сказал, что записка была анонимной, и, когда я спросила его, звонил ли он по этому номеру, он сказал, что не звонил. А потом добавил:
– Нужно, чтобы он поговорил с ней под запись или дал интервью?
– Зачем кому-то передавать ему телефон? Если только это не связано с наркотиками.
– Или кто-то хочет снова вытащить его из тюрьмы.
– Не думаю, что это так. Господи, надеюсь, что это не так.
Кейт отпила глоток кофе, и Тристан понял, почему она не спала. Ее мучили мысли о том, что Питер Конуэй снова может вырваться на свободу.
– После того как поговорила с ним, я позвонила начальнику тюрьмы Уэйкфилд. Ну как позвонила – оставила сообщение, что у Питера Конуэя есть телефон. – Она сделала еще глоток. – Я задала Питеру несколько вопросов о Джейни Маклин.
– И? – с надеждой спросил Тристан.
Кейт покачала головой.
– Я не знаю, был ли он действительно не в себе или пытался уклониться от разговора, но именно в этот момент связь оборвалась. Я пыталась перезвонить, но телефон был выключен.
– Если он тогда проходил обучение на полицейского, то должен был услышать об этом деле. Раз уж сделали реконструкцию преступления, значит, оно было достаточно громким.
– Телеканалов тогда было всего четыре. И никакого Интернета. Он должен был об этом знать… Незадолго до того, как ты вернулся, мне позвонил начальник тюрьмы. Он сообщил, что Питер утром упал, повредил голову и теперь находится в реанимации. Заражение крови и септический шок. Он сказал, что камеру Питера обыскали, но ничего не нашли.
– Вот дерьмо. Мобильные телефоны в тюрьме очень ценятся. И заключенными, и охранниками.
Кейт кивнула.
– Я знаю. Утром я еще раз пыталась дозвониться по этому номеру. Он отключен.
– Кто-нибудь еще мог забрать телефон?
– Да, вполне возможно.
Тристан задумался, не зная, как лучше сформулировать следующий вопрос.
– Я понимаю, что реанимация – это серьезно, но насколько серьезно в случае Питера?
– Может ли он умереть? Да. Он совсем плох.
– Захочет ли Джейк с ним увидеться?
Кейт хмуро уставилась на стол. Думала.
– Не знаю. Наверное, да.
– Он в сознании?
– Без понятия.
– Если Джейк захочет его видеть, можете ли вы сходить с ним? Исключительно ради дела. Вы можете спросить Питера о Джейни.
