Сильвия вздохнула. Она наслаждалась своим пребыванием. Даже чересчур. Разумеется, в Першинг-холле не было ни балов, ни приемов, ни визитов в соседние поместья, но каждое утро она ездила верхом с леди Харкер на самом божественном гнедом мерине, на котором ей когда-либо доводилось ездить. Она завтракала в постели, проводила тихие вечера, вышивая в гостиной, и даже принимала долгую горячую ванну в большой ванне.
Это была роскошь, которой она не наслаждалась уже много лет. Она должна была быть сделана из камня, чтобы не оценить этого. Но она приехала в Першинг-Холл не для того, чтобы доставить себе удовольствие. Она приехала, чтобы помочь Себастьяну.
— Я прекрасно провожу время, — сказала она. — Но я здесь уже три дня и видела лорда Рэдклиффа только один раз.
Суповая ложка леди Харкер замерла в воздухе на полпути между тарелкой и ртом.
—
— Три дня — это ничто, мисс Стаффорд. Да ведь это не редкость, когда мой брат избегает меня в течение всего визита. Если бы я не заходила в его апартаменты, осмелюсь предположить, что вообще не видела бы его.
— Но вы его сестра, мэм. Я всего лишь гостья. И притом женского пола. Я вряд ли смогу побеспокоить его в его комнатах.
— Естественно, нет. Это было бы в высшей степени неприлично.
Леди Харкер проглотила ложку супа.
— Мне придется придумать способ, чтобы выманить его.
Сильвия обдумывала это, пока накладывала себе суп. Это был сочный, сливочный суп из спаржи, приготовленный идеально. "Еще одна роскошь", — мрачно подумала она. На самом деле не стоило бы привыкать к таким вещам.
— Леди Харкер, — попыталась она снова, — если лорд Рэдклифф действительно не желает меня видеть, тогда, возможно, для меня будет лучше вернуться в Лондон. Честно говоря, я не понимаю, чем могу быть полезна, если останусь. Мой приезд, похоже, только разозлил его, и, если вы беспокоитесь о его душевном состоянии, тогда не стоит расстраивать его еще больше.
— Он всегда раздражен. По правде говоря, я думаю, что он не сказал мне ни единого вежливого слова с тех пор, как вернулся из Индии.
Леди Харкер снова рассмеялась. Звук был немного натянутым.
— Мой брат Эдмунд часто говорил, что Себастьян провел слишком много лет на войне. Что он забыл, как разговаривать с цивилизованными людьми, и знает только, как отдавать приказы другим солдатам. Но я думаю, что он не был невежлив с вами, мисс Стаффорд.
Сильвия сухо улыбнулась.
— Он был довольно невежлив со мной, когда я приехала сюда.
— Не тогда.
Леди Харкер пренебрежительно махнула рукой.
— Хотя я действительно хотела бы, чтобы он вел себя лучше. Я
Сильвия подняла брови в вежливом вопросе.
— Надеялись на что?
— Я правда не знаю.
Леди Харкер нахмурилась.
— Но я думала, что он хоть
Она потрогала ножку своего бокала.
— Каким он был, когда вы знали его раньше?
Сильвия почувствовала отчетливый укол грусти. Она проигнорировала его. Это был не первый раз с момента ее приезда, когда ее охватывала меланхолия.
Она предположила, что это было вполне естественно, учитывая обстоятельства.
— О… Он был почти таким же, насколько я помню.
— Такой же, как
Леди Харкер была в ужасе.
— Не может быть!
— Ну, возможно, тогда он был немного добрее, — признала Сильвия. Она не стала распространяться на эту тему. Леди Харкер была приятной собеседницей и очень радушно приняла ее в Першинг-Холле, но она была сплетницей, пусть и с благими намерениями, а Сильвии меньше всего хотелось, чтобы ее мысли и чувства о графе Рэдклиффе стали достоянием светского мира.
— Ума не приложу, что вы в нем нашли, — сказала леди Харкер.
— Если только… Он был в форме, когда вы впервые встретились с ним?
Губы Сильвии приподнялись в озадаченной полуулыбке.
— Думаю, что так оно и было. Да.
— Ах, это все объясняет. Люсинда Кавендиш говорит, что ни одна леди не может устоять перед мужчиной в форме, как бы она ни старалась. А если этот джентльмен — кавалерийский офицер, тем хуже!
Леди Харкер доела суп и положила ложку рядом с пустой тарелкой. Почти сразу же в столовую вошли два лакея. Они убрали суп из спаржи с кусочками курицы и принесли котлеты из баранины с огурцами и гарниры из шпината, брокколи и тушеных грибов.
Сильвия положила себе по кусочку каждого из них, задаваясь вопросом, как, черт возьми, она собирается смириться с простой едой, которую она ела у Динвидди, после того как насладилась такой богатой кухней в Першинг-холле. Она очень боялась, что, вернувшись в Чипсайд, снова испытает чувство уныния и неудовлетворенности, которое так мучило ее, когда она впервые поступила на службу два года назад.