Я сказала, что не имею ничего против и что, наоборот, буду рада нашей дружбе. Мы долго беседовали, я угостила ее должным образом и подарила ей хорошие духи. Какими бы богатыми не были люди, все они любят получать подарки. Не прошло и недели, как мне в салон принесли подарок от Хвостова – настольные бронзовые часы с позолотой, на оригинальной красивой подставке. К подарку была приложена открытка с приветствием и всемиреверансами. Я была удивлена. Этот подарок заставил меня серьезно задуматься о том, какую цель всем этим преследовал Хвостов. Я встретилась с Шитовцом и рассказала ему о визите жены Хвостова и о подарке, который они мне преподнесли. Он оценил услышанное так: «Хотя Хвостов и порядочный проныра, но с ним лучше если и не дружить, то хотя бы поддерживать хорошие отношения. – Я думала также. – «Его связь с Распутиным, и их совместная попытка добитьсяпортфеля Министра Внутренних Дел и сегодня мешают его карьере. Император старается держаться подальше от его покровителя. Сейчас именно это и препятствует Хвостову в том, чтобы его кандидатура на пост министра вновь была рассмотрена Его Величеством. Он, наверное, видит, что с твоей помощью он может рассеять сплетни о его близости с Распутиным. Видимо, он владеет какой-то информацией и ищет всевозможные пути для того, чтобы избавиться от шлейфа, имеющего оттенки «святого дьявола». Я знаю, что сейчас вновь рассматривается его кандидатура, но у него мало шансов. Хотя среди остальных кандидатов Хвостов лучше всех. Вот такое несчастье творится в стране, – когда Хвостов лучше других.» – С досадой сказал Шитовец.
Я прекрасно догадывалась обо всем этом, в том числе и о том, какую помощь ждал от меня Хвостов. Но я думала о том, почему у него возникло такое мнение обо мне. Неужели у него была какая-то информация о моей деятельности? Я долго думала об этом, но ничего такого, за что можно было бы ухватиться, не нашла. Шел второй день, как я проводила Сандро на войну. Сам генерал Маннергейм взял его к себе. Я была в плохом настроении, и еле пережила ту ночь. Наутро Ольга пришла ко мне домой. Она была взволнована. Немного успокоившись, она сказала: «Кажется, мы впутались в большую неприятность. По всей видимости, «святой дьявол» – немецкий агент».
Я подумала, что она разозлилась на него по какой-то причине, и ее фантазия несколько разыгралась.
– Ольга, ты можешь мне спокойно рассказать, почему ты так думаешь?
По ее лицу было видно, что ей было действительно плохо, я сварила ей кофе что бы немножко пришла в себя.
– Вчера я пришла к нему во второй половине дня. Оказалось, что в полдень он прогнал всех женщин, сказав, что ему некогда, и чтобы они пришли завтра. На квартире были лишь Комиссаров, Симанович и прислуга. Я же ничего не знала. Но, раз уж я пришла, Комиссаров сказал мне: «Оставайся, я не отпущу тебя. Он занят, у него гости, но он скоро освободится, пойди пока отдохнив столовой.» Комиссаров работает в жандармерии, в окружении Распутина он появился всего несколько месяцев назад, но пользуется большим влиянием, поэтому я не отказала ему.
Распутин и его гости находились в кабинете, Симанович был вместе с ними. Я сидела за столом в столовойпила чай, когда прислуга стала накрывать на стол для гостей, я стала помогать. После этого я хотела уйти, женщин не было, других дел тоже, но Комиссаров опять остановил меня: «Если ты уйдешь, он обидится.» Я вернулась в большую комнату, и только тогда услышала, как гости вышли из кабинета, потом из приемной в прихожую, и я услышала их разговор. Они говорили по-шведски. Я ведь хорошо знаю шведский язык. Их лиц я не видела, я лишь по голосу запомнила, кто кем был. У обоих были низкие голоса, но у одного из них – слегка надтреснутый голос, именно он и спросил: «Как ты думаешь, он действительно сможет сделать то, что обещает?» Первый ответил ему: «Его влияние на Императорскую семью огромно, с каждым днем это влияние возрастает. Такими возможностями сегодня не обладает никто другой. Второй добавил:
