— Неужели? — вежливо поинтересовалась я, потому что это разговор нравился мне всё меньше и меньше. — А ты его любишь или ненавидишь?
— А ты? — спросил Стефан в ответ, и мы, не сговариваясь, остановились, глядя друг на друга.
Где-то на площади, через пару кварталов, по-прежнему играла музыка, слышались музыка и смех, а здесь было тихо, и только мы двое стояли на пустой улице, под оранжевым фонарём.
Неровный свет бросал на лицо Стефана изменчивые тени, и я вдруг поняла, что совсем не знаю этого парня — простоватого на вид, такого правильного по словам и поступкам… Почти правильного…
— Так как относишься к мастеру ты? — повторил он настойчиво.
— Зачем тебе знать об этом? — ответила я вопросом на вопрос, хотя лучше было бы напомнить, что отношение к кому-либо — только моё дело, и даже наследный принц не имеет права совать нос в мою жизнь.
Но Стефан — случайно или нет — тоже оказался знатоком и игроком человеческих душ. Сначала любят, потом ненавидят… Разве и я не была влюблена в Брайера заочно, а потом, когда поняла, что для него существует только эфемерная фея — разве не оскорбилась, не разозлилась и не начала его ненавидеть?.. Только продолжаю ли ненавидеть колдуна сейчас?..
— А если мне очень важно знать об этом? — Стефан наклонился, заглядывая мне в глаза. — Ты можешь ответить?
Я нервно оглянулась, хотя на вокруг никого кроме нас не было, и сказала:
— Пошли в номер. Болтаем какую-то ерунду на улице. Мало ли кто подслушает.
До своих апартаментов мы дошли молча, а в гостиной, когда я сбросила туфли, стало ясно, что Стефан ждёт ответа.
Чтобы потянуть время, я зажгла свечи и открыла окно, впустив в комнату свежий, напоенный ароматами цветов, ночной воздух.
Принц стоял в дверном проёме, прислонившись плечом к косяку, и смотрел на меня, и мне было не по себе от этого внимательного взгляда.
— Какой-то глупый и ненужный разговор, — сказала я, наконец, когда молчать дальше уже было странным. — Мы с Брайером просто жертвы черного колдовства. Меня похитили, чтобы разбудить его, а он ищет фею, которая спасла его сто лет назад, а потом исчезла. Клуб соратников по неприятностям, только и всего. Не понимаю, к чему тебе всё это знать…
— Будь моей королевой, — произнёс Стефан и оторвался от косяка, подходя ко мне. — Стань моей королевой, принцесса Маринетта.
— В смысле? Где стать? — спросила я, не придумав ничего более умного.
В голове сразу стало пусто-пусто, даже зазвенело, а Стефан уже взял меня за руки — осторожно, бережно, и поцеловал мои пальцы, не отводя от меня глаз.
— Будь моей королевой и королевой Швабена, — повторил он. — Ты мне сразу понравилась, когда ещё притворялась мальчишкой, а теперь я влюблён. Только не подумай, что это мимолётное увлечение. Я давно наблюдаю за тобой, и чем больше узнаю, тем больше убеждаюсь, что лучше королевы мне не найти. Вместе мы начнём новую историю Швабена и прославимся в веках.
— Даже так, — пробормотала я, мучаясь и стесняясь освободить руки из его ладоней.
— Ты красивая, умная, добрая, — говорил между тем Стефан, — а когда я узнал, что ты из рода Хопфен — всё сразу встало на свои места. Я ненавижу фею Карабос, но тут благодарен ей, что она привела в Швабен тебя. Иначе мы никогда бы не встретились.
— Сомнительный подвиг, на самом деле, — я всё-таки освободилась из его рук и встала за кресло, лихорадочно раздумывая, как бы всё это остановить. — Да и принцесса я — тоже сомнительная. Карабос сказала, что я — незаконнорожденная. Зачем тебе королева с подмоченной репутацией?
— Какое это имеет значение? — вскинул он брови. — Маринетта, ты — старшая принцесса, ты обладаешь целительной магией, да любой будет счастлив получить такую жену! А что касается меня… Я буду счастлив вдвойне. Втройне. И народ поддержит мой выбор. Все тебя полюбят, и ты станешь лучшей королевой всех времён. О нас сложат легенды, поэмы, баллады… — щеки его разрумянились, глаза заблестели, он шагнул ко мне, но я быстренько обежала кресло. Стефан остановился и сказал: — Но для этого нам нужен фон Розен.
— Брайер? — мигом насторожилась я и забыла всякую неловкость. — Он-то здесь каким боком?
— Чтобы королевский род освободился от черного колдовства, — объяснил наследный принц, — надо расправиться с Карабос. И тогда ничто не будет угрожать нашей династии. Ни на мне, ни на тебе нет проклятий, никаких колдовских заклятий, мы станем первыми свободными королями Швабена. Свободными ото всех заклятий.
— И для этого Брайер должен убить фею Карабос? — догадалась я.
— И стать моим советником, — подтвердил Стефан. — Втроём мы будем непобедимы. Мастеру не повезло с Сумасшедшим квартетом, но наше Великое Трио прославится в веках.
— Подожди про века, — остановила я его наполеоновские мечты. — А если Брайер не захочет никого убивать и не захочет становиться королевским советником? Если ты помнишь, твой предок обвинил Брайера в убийстве короля, даже толком не разобравшись, что произошло.
