И мы поехали в театр. Стоит отметить, приехали мы туда весьма вовремя. Настолько вовремя, что представление как раз закончилось, и аристократы высыпали из театра и засыпались в кареты. И тут в толпе мужских спин я заметила одну, которая показалась мне весьма живописной. Спина была широкая, сужающаяся к талии, переходящая в, кхм, аппетитный пэрсик и длинные крепкие ноги. Над спиной был перевязанный черной лентой хвост шелковых волос. В общем, не спина – загляденье!
– Бумагу! – прошипела я Ройзе.
Ройза шустро подала мне бумагу.
– Перо!
В руки тут же ткнулось перо.
– Чернильницу!
Рядом бухнулась чернильница.
– Подставку!
Под бумагу легла деревянная дощечка.
– Винца!
– …?!
Ладно, не прокатило. Я принялась лихорадочно срисовывать спину, пока та не затерялась среди других, не очень-то и привлекательных спин. А потом рядом с красивой спиной появилась еще одна красивая спина. Я взвыла и стала рисовать быстрее. А потом рядом с ними остановилась третья красивая спина. Я схлопотала инфаркт и срисовывала всякие части тела с бешеной скоростью. Вышло очень даже красиво. Настолько красиво, что закончив рисовать тылы, я настолько зависла на своей первой групповой картинке, что совершенно упустила из виду реальность.
А вернулась в нее только тогда, когда в карету всунулся один очень даже знакомый нос:
– Ара Самара, а что это вы тут делаете?
АР СТИР САРОМ. Все еще день 20
– Вотек! – истошно возопила я в лицо маркиза.
Вотек, не будь дураком, намек понял – и подстегнул Маршу. И уже в следующее мгновение Марша взоржала, взвилась на дыбы и ломанула по подъездной дороге со всей своей мощью в одну лихую лошадиную силу. Пробегающие мимо объекты слились в одну сплошную линию, и уже десять секунд спустя мы были далеко-далеко, на другом конце города.
Поверили?
А вот черта вам с два.
Вотек подстегнул Маршу. Марша лениво обернулась, вздохнула и тронулась. Со скоростью улитки. Воцарилось неловкое безмолвие. Я-т рассчитывала, что мы вжух – и поминай как звали. Но вжух не было. Была моя резиновая улыбка в окошке внутри и его доброжелательная и сияющая снаружи. Под медлительный и режущий слух скрип колес мы с Аром Крантом продолжали друг на друга пялиться.
– Ара Самара, вы что же, не рады меня видеть?
Ладно, план побега провалился.
– Ах, Ар Крант! – я «ожила». – А я вас сразу-то и не признала!
– Когда вы крикнули мне в лицо «Вотек», я так и подумал, – любезно отозвался маркиз.
Его голова с окошка почему-то не исчезала. Странно это было. Карета двигалась, и его голова тоже. Он освоил левитацию? А нет, оказывается, просто шел вровень с нами.
– Так чем это таким интересным вы были так заняты, что я застал вас врасплох?
– Ничем.
– А в руках у вас что?
Я быстро схватила картинку и бросила ее Ройзе. Ройза села на нее сверху и нахохлилась. Я удовлетворенно кивнула: такую оборону маркизу не одолеть! Теперь за сохранность картинки можно не волноваться.
– Ничего.
– А ваша нянюшка на чем сидит?
Я аж подпрыгнула: с другого окошка на меня взирал Мутный Тип!
– А вы проверьте! – моментально огрызнулась я.
Ройза предупреждающе обнажила зубы и даже немного зарычала. Мутный Тип возмущенно отпрыгнул – и в промежутке я вдруг увидела блистательного Генерала. Меня тотчас принялись раздирать противоречивые эмоции: если с левым окошком все понятно и там можно быть самой собой, то из правого на меня смотрят сразу и неприятель, и возлюбленный. И оттого непонятно, что мне в ту сторону демонстрировать: радость али раздражение? После короткой мучительной борьбы я решила действовать попеременно. То Генералу улыбнусь, то Мутному Типу нахмурюсь.
Последний среагировал тут же:
– У вас нервный тик?
– С чего бы? – посмурнела я.
И обаятельно улыбнулась Генералу.
– Ваше лицо ведет в разные стороны, – сообщил Мутный Тип.
– А ваше вообще движется отдельно от туловища. Вы какого лешего к моей карете прицепились?
– Такого, что ваша карета перекрыла единственный выезд – и если выехать на своей все равно не получится, то хоть пешком до дороги пройдусь, а там и ваша карета, наконец, потеснится.
– И ничего мы не перекрыли! – возмутилась я.
А потом обернулась назад и смущенно ахнула – а ведь и в самом деле! Выезд-то один, и в данный момент все кареты тащатся с черепашьей скоростью, потому что мы едем впереди. Ну как едем: ползем. Ибо Марша то на цветок полюбоваться остановится, то клумбу пожует, то на сверчков засмотрится.
А то и кавалерам глазки строить начнет, бесстыдница такая!
– Простите! – я помахала ладошкой назад и на всякий случай быстро всунулась обратно: а ну как сейчас закидают помидорами! Но аристократы вели себя на удивление чинно: просто молча тащились за нашей каретой и тройкой мужчин, возглавляющих сие странное шествие. Кстати, насчет последнего. Если взглянуть на нас сверху, то мы все были бы на одной линии. Вот только мы с Ройзой катились в карете, а мужчины топали снаружи.
– Выезд должен быть двусторонним, – начала я отчитывать Мутного Типа, – чтобы там могли две кареты одновременно разъехаться! А то устроили тут, понимаешь, безобразие!
– А чего мне-то это выговариваете?! – возмутился Мутный Тип.
