Копья людей и боевые топоры гномов действовали не менее смертоносно, нежели разящие наповал стрелы… сами же воины были надёжно укрыты щитами (а люди ещё и кольчугами) от яростных, но, увы, почти безрезультатных ответных ударов.
– Этак они их всех перебьют! – недовольно пробурчал, стоящий рядом с Тибром пожилой широкоплечий воин со шрамом через всю щеку. – Нам ничего не останется!
– Нет ничего почётного в избиении этих грязных недоносков! – отозвался его сосед, высокий, угрюмого вида воин с ястребиным носом и чёрными взлохмаченными волосами. – Что до меня, так я даже рад, что нам не пришлось принять в этом участие! А ты, я вижу, жалеешь об этом, Глээр?
Ничего на это не отвечая, Глээр лишь смерил своего собеседника высокомерно-презрительным взглядом и отвернулся. Эти два предводителя, вообще, плохо ладили друг с другом, хоть оба принадлежали к племени Волка.
Вообще-то, под общим руководством Тибра находились теперь девять отрядов (из них семь – из племени Волка), но численность отдельных отрядов не была одинаковой. И именно двумя самыми крупными отрядами командовали Глээр и угрюмый черноволосый воин по имени Крооус.
Тибр знал их и ранее. Глээр, и вообще, являлся одним из наиболее известных и удачливых предводителей в племени Волка. Под его руководством охотно уходили в первый свой набег молодые воины… и чаще всего возвращались из него, не просто живыми и невредимыми, но и с немалой даже добычей. Тибр и сам мечтал об участии в одном из подобных набегов, но так получилось, что самым первым боевым крещением молодого воина стала та злосчастная битва объединённых племён Совы и Волка (злейших врагов, вынужденных стать невольными союзниками) с разношёрстным, но грозным воинством повелителя Стива.
Битва та была начисто проиграна союзниками… и не в последнюю очередь из-за предательства Глээра, в чём и обвинил его тогда громогласно Кроус (тогда ещё не Крооус). И кто знает, возможно, Глээр до сих пор не смог позабыть той их давней стычки.
Хотя, вполне возможно, воины эти не ладили между собой и ранее, ибо характер у обоих был далеко не мёд. Особой вспыльчивостью и высокомерием отличался Глээр, но и Крооус ему в этом немногим уступал…
Тибру вдруг припомнилось, с каким разочарованием встретил Глээр вчерашнее известие о его, Тибре, высоком назначении. Наверное, бывалый воин и признанный предводитель сам втайне рассчитывал получить эту почётную должность и, в общем-то, были у него для этого весомые основания.
Но Стив решил по-другому, а его решения с некоторых пор являлись хоть и неписанным, но, тем не менее, непреложным законом для всех жителей долины. И, наверное, лишь поэтому Глээр тоже беспрекословно, хоть и с бессильной яростью в душе, вынужден был подчиниться священной воле нынешнего Повелителя всея их долины.
«Вот и я тоже беспрекословно подчинился его воле! – с горечью подумалось Тибру. – Быстро же я изменил своим принципам! Впрочем, а что мне ещё оставалось в данной конкретной ситуации?!»
Неожиданно Тибру вспомнилась Гера, вернее, то, с какой тоской и отчаяньем смотрела она вчера вслед равнодушно уходящему прочь Стиву. А потом ему почему-то вспомнилась и единственная их совместная ночь, вернее, жаркие ненасытные ласки, которые дарила ему в ту ночь Гера…
Неужели даже тогда она притворялась?! И разве возможно притворяться настолько?!
– Смотри, предводитель! – отрывая Тибра от его горьких и таких несвоевременных мыслей, восторженно выкрикнул Крооус. – Вот она, победа!
Вскинул голову, Тибр взглянул в ту сторону, куда указывал Крооус и сердце юноши почему-то часто и тревожно забилось.
Казалось бы, всё складывается просто великолепно! Жалкие остатки нападавших теперь в панике бежали прочь, испуганно и жалобно вопя, а воины, отбросив за ненадобностью щиты, копья, и арбалеты, гнались за ними следом с обнажёнными мечами в руках и всё поражали и поражали бегущих…
– Так их, этих тварей! – низким нутряным басом прогудел Глээр, с жадным вниманием всматриваясь в кровавое это побоище. – Бей их, руби… так их…
«Не так! – встревоженно подумалось Тибру. – Что-то здесь не так! Гномы ведь остались на месте и не стали преследовать убегающих. Вопрос: почему?»
– Трусы, потому что! – презрительно отозвался Глээр, и юноша вдруг понял, что последние слова он произнёс вслух. – Да и бегать они не шибко великие мастаки, это горное отродье…
– Нет, тут что-то другое… – начал, было, Тибр и осекся…
– Мрак и преисподняя! – яростно вскрикнул Крооус. – Это ещё кто, на нашу голову?!
Не менее сотни таких узнаваемых фигур в облегающей чёрной одежде и с огромными луками в руках, рассыпавшись в цепь, неторопливо шествовали навстречу воинам…
– Это смерть! – упавшим голосом прошептал Тибр.
Уж кто-кто, а он хорошо знал, на что способны сверхметкие эти лучники!
А эльфы, остановившись, разом, как по команде, натянули свои тугие луки и послали первые стрелы туда, где опьянённые видом крови и воодушевлённые неожиданно лёгкой победой воины добивали последних оставшихся в живых волосатых…
И сразу же утренний воздух внизу огласился человеческими криками, стонами, проклятиями.
