«Это не то, что вы подумали! Я вчера эту тысячу нигде найти не могла. Она сюда случайно попала!» – я спешу оправдаться, а заведующая прямо на этих словах ставит напротив моей фамилии в ведомости «незачёт» и говорит, мол, «учи добросовестно, увидимся в феврале».
Влас и Варя чуть не померли от смеха. На них периодически оглядывались другие студенты, проходившие по коридору, но Мари не понижала взволнованного голоса:
– Расскажешь кому – не поверят!
– Н-да, Марюш, ты у нас просто человек-каламбур, – успокаиваясь, смогла проговорить Варя.
Влас бы вот не поверил, если бы это происходило не с Мари – его золотым стандартом ухоженной, но бездумной девки, ходячим концентратом всего, что он считал абсурдом. Правда, иногда она выдавала что-то непосредственно-забавное, как теперь, например, над чем можно посмеяться искренне и без злорадства. Потому на тусовках ей всегда были рады.
Перед Новым годом общежитие опустело. Влас был в неплохих отношениях с комендантом. Он знал, что ему разрешат остаться. Насчёт Вари договориться не получилось, так что дважды в день она делала вид, что уходит и приходит: утром вылезала из окна туалета на первом этаже и входила с улицы в общагу через турникет с камерами, а вечером – наоборот. Как-то раз мы с ней в развалах вещей нашли гуашь, которую когда-то стащили в магазине, где работала Ряшева, попросили ещё пару баночек краски у девчонок из нашего крыла и разрисовали руками стены и часть потолка над столом. Утром, проснувшись в горе подушек, пледов и одеял на полу, мы обнаружили, что ещё и свежий снег выпал. Красота.
У Вари было в тот момент всего два вопроса:
1 – «Обалдеть, а тебя за это не выселят?»
2 – «Мы что, выпили весь коньяк твоего соседа?»
На стене над кроватью был намалёван огромный разноцветный ёж с крохотным яблочком на конце длинного носа. Иглы его заняли треть потолка. Большеклювый рыжий пеликан, зелёная рыбёшка, торчащая у него из клюва и охапки волнистой зелени с красными вкраплениями красовались рядом с холодильником. «Как наши мозги и руки выдали такое?» – подумал Влас. Полуабстрактные подтёкшие каракули создавали атмосферу другой планеты. В течение всего семестра казалось, что мы попали в бурлящий кратерфе истории. С концентрацией событий, приближающейся к удушающей. Теперь же было так тихо, так приятно-одиноко в общаге без людей, что Власу казалось, что их переместили в новый мир. В мир, где у него есть только Варя и краски.
«Наверное, это лучшее время в моей жизни», – думал тогда он.
В снежной рамочке окна резали небо фейерверки, хлопали только что открытые бутылки шампанского, как всегда орал Дима Христофоров, подбивая танцевать всех вокруг.
Комната была забита людьми: вся компания едва помещалась в квартире девочек. Варя сегодня была красивая. То есть вообще, по мнению Власа, она всегда выглядела хорошо, но сегодня особенно: блестящее сине-серое платьице на лямках, свободно сидевшее поверх белой водолазки, смотрелось на ней отлично. Влас даже не знал, что его девушка такое носит, потому и был приятно удивлён.
Среди всеобщего настроения праздника, бесконечного говора и звона приборов о тарелки и бокалов о кружки, Варя потянула Власа на балкон якобы курить. Уже на этом моменте он удивился. Облокотившись на большой шкаф для хранения старого хлама и спрятав руки за спину, она заговорила:
– Сам знаешь, я давно отвыкла от подарков и вообще не очень люблю праздники, но сегодня у меня для тебя есть кое-что.
«Вот это пирожки с котятами», – подумал Влас. «А она не перестаёт удивлять». Стоило лишь на секунду представить себе, что наконец-то эта девчонка открылась тебе, как Варя тут же являет свету ещё одну ранее неизвестную сторону своей личности. И где они все только помещаются у неё?
А тем временем Варя достаёт из шкафа огромный свёрток.
– Что это?
– Посмотри сам, – протягивает его Власу.
Тот, в предвкушении медленно отрывая кусочек скотча, не имел ни малейших предположений о том, что внутри упаковки. По размерам сопоставимо разве что с каким-нибудь одеялом. Вот из-под краешка обёрточной бумаги выглянул кусок чёрной валяной шерсти.
– Ёбушки-воробушки, это что, дороже трёхсот рублей?
Варя, молча улыбаясь, указала взглядом на подарок: мол, продолжай. Открой до конца. Влас содрал остатки крафт-бумаги и расправил в руках длинное пальто на толстой тёплой подкладке.
– Чёрт. Даже не знаю, что и сказать теперь, – он облачился в новинку. В плечах было чуть велико, а по росту в самый раз. – Это очень круто. Ты угадала с подарком. Спасибо.
– Ты в нём на Довлатова похож, – усмехнулась Варя со своим вечносаркастичным прищуром.
– Если честно, я понятия не имею, как он выглядит, но пусть будет так.
– Ты ж физрук, это всё объясняет, – она шутливо стункула меня по плечу, как всегда, но я поймал её за запястье и притворно подвывернул его.
– Скверная девка какая, купила тут моё внимание таким подарком и поливает теперь. Смотри аккуратнее, а то сейчас факультет спортивной подготовки на тебя обидится, и останешься без подарка.
Варя вывернулась:
– Ого, ты что-то приготовил?
