То, как он держал ее руку, не было похоже на прикосновения Эйба, но все равно его хватка была сильной. Бетти сжала руку Марва и вошла в домик, который убирала вместе с Зейде всего несколько месяцев назад. Она села на край дивана, положив руки на колени, чтобы они не дрожали.
Марвин не стал дожидаться, когда она заговорит.
– Скоро начнется осенний семестр.
– Не надо притворяться, что все в порядке, пожалуйста. Ты всегда был честен со мной.
– Я не был уверен, что тебе это во мне нравится.
– Думаю, это нравится мне больше всего.
– Я так понимаю, ты не собираешься в Барнард.
– Ты ведь знаешь, что нет. Слухи, должно быть, поползли.
– Я не слушаю сплетни, особенно когда они касаются тебя. Если ты скажешь, что едешь в Барнард, что ж, значит, ты едешь в Барнард.
– Я бы очень хотела. Они отправляют меня в приют.
– Что за приют?
– Ты собираешься заставить меня сказать это?
Марвин сел рядом с ней.
– Нет, – ответил он. Он обнял ее одной рукой. Это было самое близкое, что он позволил себе с той ночи у костра. Некоторые девушки могли бы подумать, что Марвин пытался воспользоваться ситуацией, зная, что она не была невинной, но Бетти чувствовала сострадание, а не проявление интереса. Она придвинулась ближе, и Марвин прижал ее к себе чуть крепче. Она не просила его остановиться.
– Пожалуйста, не думай обо мне хуже, – попросила она.
– Не будь смешной. Этот Барски паршивец. Хочешь, чтобы я разобрался с ним? Я знаю кое-кого…
– Нет! – ахнула Бетти.
– Хорошо, – сказал Марвин. – Я наполовину пошутил. В любом случае, я предпочитаю любить, а не драться.
– На это я и надеялась.
Эйб не собирался возвращаться. Что бы с ним ни случилось, где бы он ни был, Бетти не входила в его планы.
Пришло время для нового плана, такого, где не было бы ни поезда, ни ужасного приюта для беспутных матерей, ни Тилли.
– Я составила список, – сказала Бетти. Она передала листок Марвину. – Прочитай его вслух.
Марвин сглотнул.
– Почему я должен жениться на Бетти Штерн. – Он опустил листок, его руки задрожали. – Что это значит?
Бетти посмотрела на Марвина и мысленно сосчитала до трех.
– Это значит, что я хочу выйти за тебя замуж. Если ты будешь воспитывать этого ребенка, как своего собственного. Я буду хорошей женой, ты это знаешь. Ты мне нужен, Марвин. Они собираются отнять у меня ребенка. Ты можешь это предотвратить. Я обещаю, что никогда не упомяну имя Эйба или что-нибудь, связанное с этим летом. Мы можем притвориться, что планировали это с самого начала, просто хотели убедиться в правильности нашего выбора, повстречавшись с другими людьми. Я знаю, что твой отец хочет, чтобы ты женился. Мы оба выиграем при этом.
– Ты меня не любишь, – возразил Марвин.
Бетти не могла лгать.
– Я научусь тебя любить.
Марвин поцеловал Бетти с энтузиазмом, который, как ей тогда казалось, накапливался все лето. Она обняла его за шею и заставила себя поцеловать его в ответ.
Бабушка вывела Бетти из зала для карточных игр, где они с Марвином разговаривали с его матерью.
– Ты не можешь выйти замуж за Марва Пека, – бабушка нахмурилась.
– Похоже, я ничем не могу тебе угодить. Ну, мне восемнадцать, а он славный еврейский мальчик. Я могу делать то, что хочу. – Бетти понизила голос до шепота. – И он будет воспитывать этого ребенка, как своего собственного. Проблема решена.
Бабушка молчала. Бетти лишила ее дара речи.
– Твои родители будут сильно разочарованы, – сказала она наконец.
– Тогда нас будет трое.
Заключение этого соглашения с Марвином придало Бетти храбрости. Она собиралась стать замужней женщиной, матерью. У нее была бы своя семья, которую она никогда бы не предала.
– Я никогда не думала, что тобой так легко воспользоваться, – сказала бабушка. – Сначала Эйб, и ну… ты знаешь. – Бабушка покрутила указательным пальцем по кругу. – Теперь Марв и замужество!
– Никто мной не воспользовался, бабушка. – Недоверчивый взгляд бабушки заставил Бетти продолжить. – Эта идея пожениться на сто процентов моя, а не Марва.
– Не будь наивной, Бетти. Он уже влюблен в тебя. – Резкость бабушки удивила ее. – Он хотел этого с самого начала. Иначе бы никогда не согласился.
Бетти уже догадывалась.
– Я думала, ты будешь счастлива.
– Я была бы счастлива, если бы ты была послушной девочкой, поступила в колледж, а потом влюбилась в хорошего еврейского парня.
Теперь бабушка беспокоилась о любви? Бетти не собиралась с этим мириться.
– Не волнуйся за нас, бабушка. Тебе не придется ничего делать. Мы тайно поженимся, а потом уедем в Скоки.
Колледж и карьера редактора моды в Нью-Йорке казались ей каким-то сном, и теперь Бетти проснулась.
– Ничего подобного вы не сделаете. – Бабушка направилась обратно в карточный зал. – Полагаю, я привыкну к этой мысли. Мы хотели для тебя гораздо большего, Бетти.
Где была та бабушка, которая защищала права Бетти и укрепляла ее уверенность в себе? Она скучала по этой бабушке. Может быть, даже больше, чем она скучала по Эйбу.
– Бабушка, и чтобы ты знала, Эйб тоже не соблазнял меня.
