Я молча слушал о том, как чудесна его замужняя жизнь, как он счастлив со своим супругом и как рад рождению их маленького альфочки. Я молчал, потому что не разделял энтузиазма друга, который получил приличное образование, но, как и большинство омег, выбрал семью. Я молчал, понимая, что то, чем горжусь я сам, для Исия не имеет никакого значения.
Я ушёл сразу же, как только Димитрий вернулся с работы. Не то чтобы у меня с ним сложились скверные отношения, но и дружескими назвать их сложно. Альфа терпел меня только потому, что я приходил в гости всего четыре раза в год и не пытался привить Исия свои омегонеприемлемые идеалы. К тому же мне было чертовски приятно смотреть на Димитрия с высоты своего роста, что самого альфу, мягко сказать, нервировало.
По дороге домой зашёл в супермаркет. По большому счету, мне были нужны только кое-какие продукты и питьевая вода, но я всё же побродил немного по отделам. Так, бесцельно, то рассматривая детские игрушки, то листая какие-то журналы. Я глупо рисковал. Сейчас, когда ломало не только суставы, но и всего меня, мне следовало немедля запереться в квартире, замотаться в одеяло и покорно ждать, когда из задницы потечёт. Так делали многие омеги вроде меня. Те, которые шарахались от альф, боясь залететь и поломать себе жизнь, вот только вся прелесть течки в том, что у каждого омеги она имеет свои изюмистые особенности.
Моя течка походила на лёгкую форму болезни: жар, головокружение, ломота в теле, полное отсутствие аппетита и иссушающая жажда. И так четыре дня. Иногда пять, когда меня накрывало особо сильно. Под «накрывало» я имею в виду тот промежуток, когда болезненная слабость сменялась беспокойным, шальным возбуждением. Этот раз, похоже, будет из тяжёлых, так что набор одинокого омеги я тоже прихватил с собой.
Для меня это было нормально, и, засовывая в себя приличных размеров дилдо, я не испытывал ни смущения, ни угрызений совести. Во-первых, я взрослый двадцатилетний омега, а во-вторых, то, что я притворяюсь бетой, ещё не означает, что мне не хотелось заняться настоящим сексом. Хотелось, ещё как, вот только с альфами мне не везло. Не попадалось на моём жизненном пути такого, кто смог бы понять меня, мои мотивы, поступки, стремления и принять их. Мог бы понять Стен, как друг, но как альфа он совершенно не будоражил моё омежье воображение. А вот Фран…
Сотовый зазвонил в кармане именно в тот момент, когда я в одной руке сжимал пакет, а другой забирал у кассира сдачу. Рука дрогнула, монеты посыпались, и я, чертыхнувшись и сжав в кулаке купюры, миновал кассу, подстрекаемый ропотом собравшейся за мной очереди.
— Чёрт, Стен! — выйдя на улицу, быстро зашагал в сторону дома. — Ты как всегда не вовремя.
— Прости-прости, — спешно затараторил альфа в трубку, явно улыбаясь. — Тебя сегодня не было на тренировке, вот я и решил позвонить.
— Стен, я же говорил, что у меня дела, — набрасываю капюшон и низко опускаю голову, дабы не встречаться взглядом с прохожими. Кучка молодых альф, минуя которых, увеличиваю темп шага, точно учуяли мой запах, резко умолкнув, и, я уверен, от инстинктивного «завалить и трахнуть» их сдержал только мой нестандартный вид. — Помнишь? Дядя, приём и всё такое…
— М-да, — как-то невнятно бормочет мой друг, и я настораживаюсь. Между мной и Стеном нет секретов. Ну, кроме одного, который был просто огромнейшим исключением из правил. Так что эта заминка показалась мне первым тревожным звоночком.
— Знаешь, Свят, — слишком серьёзно. Я даже чётко представил, что именно в этот момент Стен хмурит свои светлые брови, а то, что он натужно сопит, я и так прекрасно слышал в трубке, — если бы я не знал тебя так хорошо и не был в курсе твоей симпатии к Торстену, то подумал бы…
— Что? — останавливаюсь, так и не перейдя дорогу на положенный зелёный. Если Стен догадался, мне конец. Болтать он не станет, по старой дружбе, но и работать в одной команде мы больше не сможем.
— Что ты сбегаешь к омеге.
— Чего? — отмерев, рысцой перебегаю дорогу, игнорируя протяжный звук клаксона и матерное благословение в мою сторону. — Ты рехнулся, Стен?! Какая омега?!
— А мне почём знать, — и снова отчётливо вижу перед собой этого альфу: как он пожимает плечами, но смотрит дотошно-пристально.
— Я заметил просто, Свят. Понимаешь? Каждые три месяца, примерно в одно и то же время, ты куда-то исчезаешь на несколько дней. И не вздумай сейчас передо мной оправдываться, — спешно тараторит альфа, очевидно услышав, как я со свистом набираю в лёгкие побольше воздуха. — Я понимаю, Свят: твоя личная жизнь не мое альфье дело, однако… Если заметил я, то заметят и другие, а потом будут вопросы и подъёбки. Понимаешь, Свят?
— Понимаю, — выдыхаю, враз словно полностью обессилев. Между ягодиц стало чуть влажно, но возбуждение меня пока не накрыло. Наоборот, по телу расползалась апатия. Похоже, эта течка будет ещё и депрессивной. — Спасибо, Стен.
— Торстена, кстати, сегодня тоже не было… — как ни в чём не бывало продолжает друг, однако я уже нажал отбой, а после, поразмыслив, и вовсе выключил телефон.
