— Если отпуски выглядят таким образом, то лучше обойтись без них. — Её взгляд постепенно теплел. Похоже, ее отпустило.
— Ты давно оправилась после битвы? — спросил я, меняя тему.
— На второй день. Небольшое истощение, делов-то. — пожала она плечами, а затем напряглась, кинув на меня острый взгляд. — Скажи… Что ты сделал с Кассианом? Я слышала… Страшные вещи.
Я с минуту посидел, обдумывая ответ. Я вроде бы говорил ей, что могу поглощать силы убитых демонов, но не рассказывал причин.
— Что ты знаешь о первом императоре демонов? Его по-разному называют, но суть одна.
— Не так много… — нахмурилась Линфей.
— Ну, мы с ним, можно сказать, дальние родственники. Сводные. Пока что… — Я вздохнул, видя, как ее глаза округляются от шока. — Это… Долгая история.
— А мы куда-то спешим? — спросила она тихо, подвигаясь ближе к костру. — Расскажи. Если хочешь.
Вдохнув поглубже, я принялся рассказывать — всё, начиная с того момента, как мне в руки попал клык.
Когда рассказывал, как улепетывал от медведя, закидывая его взрывными камнями, даже сам испытал чувство ностальгии. Казалось, что с того момента прошли сотни лет… Впрочем, у меня такое ощущение возникало касательно многих моментов, которые случились до Озера.
Рассказал про видение, в котором Мацзиро забрал силу Айрхена, а потом схватился с Линь Мейху и уничтожил ключ от гробницы. Про Безымянного, и про все-все-все. На секунду даже мелькнула мысль, что об этих приключениях целую книгу написать можно…
Когда я описывал битву с Фликксом в ледяной пещере и боевые броски посудой, Линфей откровенно засмеялась. И зря, идея-то в итоге выгорела!
— Бросили чашки и тарелки с рунами⁈ И сработало?
— Ага! — я тоже смеялся, — Главное ведь — результат!
Я рассказывал про Озеро, Духа Дракона, боль переплавки, договор с Клыком и рождение Двойного Ядра. Про страх перед неконтролируемой силой и поиски баланса. Говорил о горах Шантар, о людях, которых она тоже знала. Голос дрогнул, когда я дошел до боя с Кассианом и о смерти старейшины Кер’Шора. Линфей слушала, не перебивая, и лишь иногда сжимающиеся кулаки выдавали гнев и боль.
Постепенно одиночество и сомнения в ее глазах растворялись, заменяясь пониманием и… благодарностью? Доверием. Я делился самыми темными своими тайнами, и она ценила это.
Когда я замолчал, в тишине было слышно только потрескивание костра и далекие звуки лагеря.
— Так вот откуда в тебе демоническое… — прошептала она наконец. — Значит, это все временное, и теперь часть сделки.
— Угу, — кивнул я.
— Как же ты изменился, — покачала головой девушка, — был пацаненком, который с трудом справлялся с Кларком, а теперь — вон какой. Даже Кассиана смог одолеть… Он всегда был для меня недостижимой вершиной, хотя в глубине души я надеялась когда-нибудь его превзойти. И, знаешь, я ведь решила, что больше никому тут не нужна. Хотела попрощаться и идти вглубь земель бывшей империи…
— Ты это брось, — я хотел было хлопнуть её по плечу, как сделал бы с Чоулинем, но остановился. — Нам еще в гробницу вместе идти.
— Вместе… А Мико? Ты о ней ничего не говорил. Расскажи, как вы познакомились. Со стороны вы кажетесь очень близкими.
— Мико… — задумался я, взвешивая в голове все, что думаю о ней. — С самого первого дня она очень хорошо ко мне относилась. Непонятно почему. К простому ребенку крестьян, шебутному и полуграмотному.
— Да-а-а?.. — протянула Линфей, — по тебе и не скажешь, что родители крестьяне. Слишком лицо у тебя… Породистое.
— Какое есть, — усмехнулся я. — Так вот, первые годы обучения у Гу Луна были крайне сложными. Не знаю, как учат других адептов, но для меня это был ад. А Мико всегда была рядом. Подкармливала меня втихую от деда. Разговоры с ней были отдушиной, светлым лучиком солнца в той жизни. Если бы не они, может и свихнулся бы.
Наверно, я немного покривил душой — может, и не свихнулся бы. Но с такой поддержкой всяко было легче.
— И она тоже изменилась с тех пор, — продолжил я, — раньше, до пробуждения Феникса, она была ребенком, на пару лет младше меня. Но и после резкого взросления она осталась все тем же бушующим ураганом эмоций, не дающим окружающим заскучать.
— Так говоришь, как будто между вами совсем не пара лет разницы, а все двадцать, — усмехнулась Линфей. — Да и, если представить, что в момент нашей встречи тебе было пятнадцать… Слишком уж ты взрослый и спокойный был даже тогда. А уж теперь…Ты слишком часто заставляешь меня забыть, что я старше тебя…. — Она пыталась шутить, но в ее голосе был явный вопрос и… что-то еще? или мне показалось?…
— Три года у Гу Луна кого угодно заставят повзрослеть, — в свою очередь отшутился я. — А сражения и Озеро довершили дело.
— Она смотрит на тебя влюбленными глазами, — констатировала Линфей, возвращаясь к моей фразе. — Вот и причина ее доброты. Очевидно же.
— Да брось, — отмахнулся я. — Мы друзья детства. Да и время сейчас такое… Не до любви. Не хочется строить что-то… хрупкое, в мире, который в любой момент может рухнуть в пропасть.
