Прачечная души Мэриголд полностью

Стоял такой жаркий день, что солнце, казалось, вот-вот спалит тебя без остатка.

В тот день Ёнчжа проснулась от громкого стука в дверь.

Бригадир водил ее в кино, кормил лапшой и свининой в кисло-сладком соусе.

Узнав о беременности, она переехала в однокомнатную квартиру рядом с заводом. Большую часть недели бригадир не ночевал дома под предлогом, что у него болеет мать.

Он что, забыл сегодня ключи? С трудом передвигая ноги на девятом месяце беременности, Ёнчжа открыла. То, что она увидела, отрезвило ее, будто ей дали пощечину. Она отвернулась. Щеки загорелись. Что происходит?

– Мерзкая дрянь! Охмурила женатого мужчину! Небось, специально вертелась возле него на работе?

Глядя на разъяренную незнакомку, Ёнчжа почувствовала, как земля уходит из-под ног. Что происходит?

– О чем вы говорите? Вы, наверное, ошиблись дверью, – сказала Ёчнжа, поправив спутанные волосы.

– Этот негодяй, который здесь ночует, – мой муж! Отец двоих детей, к твоему сведению!

Ёнчжа оторопела. Оттолкнув ее, госпожа зашла внутрь квартиры и разбросала все ее вещи, которых и без того было немного. Все несчастья и беды приходят без предупреждения. И мы не выбираем, под силу ли нам справиться с ними. Несчастье питается несчастьем.

Иногда ее охватывали сомнения и тревога, но она не решалась спросить. Он говорил, что из-за болезни матери свадьбу придется сыграть уже после родов. А оказалось, у него уже есть семья.

«Как это возможно? Что же будет с ребенком? С нашим ребенком?»

В этот момент она ощутила, как что-то горячее потекло по ногам. Ребенок дал о себе знать. Заметив, что у Ёнчжа отошли воды с кровью, госпожа перестала кричать и воскликнула:

– О господи! У тебя воды отошли! Где носит этого мерзавца? Я сейчас с ума сойду!

Женщины, делившие одного мужчину, стояли друг напротив друга. Ёнчжа поняла, что, кроме этой незнакомки, помочь ей в этой ситуации никто не сможет. Обхватив живот, она рухнула в кресло и тихо произнесла:

– Простите меня. Ребенок скоро появится на свет… Помогите, умоляю…

После этих слов Ёнчжа почувствовала, как ее сознание затуманивается. Ребенок. Она должна заботиться о нем. Боль оказалась такой невыносимой, будто тело разрывало на части. Внезапно на нее нахлынули воспоминания. Те, которые ее так терзали и которые она всю жизнь хотела забыть.

– Ёнчжа, поешь. Я скоро вернусь, – сказала ей мама, протянув булочку и молоко, которые купила на вокзале, переполненном людьми.

В тот день мама надела на дочь красивое платье и уложила ей волосы. Что-то будто терзало ее изнутри. Она медленно отпустила руку дочери. Ёнчжа чувствовала, как пальцы мамы дрожали. Ей хотелось спросить, но она не решалась. Обычно грустная, сегодня мама казалась умиротворенной.

Когда она окончательно скрылась из виду, Ёнчжа наконец расплакалась, крепко обняв куклу. Она тихо плакала и пила молоко. Булочку лучше припасти. Вдруг мама вернется нескоро, хотя, пятилетняя девочка еще не умела разбираться во времени. Но дети все чувствуют и понимают чувства взрослых. Устав плакать, Ёнчжа уснула на лавочке в зале ожидания.

– Ёнчжа, мама вернулась. Прости, детка. Так долго заставила тебя ждать…

Темной ночью в пустом зале ожидания, прижав к груди дочку, она плакала. Горько плакала. И только в тот момент Ёнчжа дала волю слезам, чувствуя, как что-то горячее течет по ногам. Тогда она не сдержалась, потому что все эти часы ожидания боялась отлучиться в туалет. Вдруг придет мама? Где она была? И почему так красиво сегодня оделась? Ёнчжа так и не смогла ее спросить. Она просто держала ее за руку и громко плакала. С тех пор она ни разу не давала волю слезам.

– Так, возьми себя в руки. Надо в больницу. Здесь рожать нельзя! Я не умею принимать роды. Господи, я сейчас с ума сойду, – кричала женщина, теребя Ёнчжа за плечи.