Старый спор с Маленковым о соотношении тяжелой и легкой промышленности Хрущев решит в духе сталинской ортодоксии: «В создании материально-технической базы коммунизма решающая роль принадлежит тяжелой индустрии как основе всего народного хозяйства»51. Правда, он отметит и значительный рост производства товаров широкого потребления, пообещает масштабные капиталовложения в эту сферу, а по ряду позиций поставит задачу – к концу объявленного семилетнего плана развития экономики превзойти Англию, Францию и Западную Германию, вместе взятые52.
Третья программа партии была объявлена программой строительства коммунизма в СССР. Ее текст завершает знаменитый и впоследствии изъятый в силу очевидной неисполнимости тезис: «Партия торжественно провозглашает: нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме!» В соответствии с установками программы в устав партии включат моральный кодекс строителя коммунизма.
На съезде прозвучит и, очевидно, заранее подготовленное предложение о выносе тела Сталина из Мавзолея. Озвучено оно будет в самом конце работы съезда первым секретарем Ленинградского обкома И.В. Спиридоновым. Это предложение окажется логически увязанным с докладом Хрущева, значительная часть которого, как и многие выступления в прениях по докладу, будет содержать критику различных аспектов культа личности Сталина. Съезд примет постановление «О Мавзолее Владимира Ильича Ленина», признает нецелесообразным дальнейшее сохранение в Мавзолее саркофага с гробом Сталина.
В своем отчетном докладе Хрущев напомнил и о «фракционной антипартийной группе», которая всячески противилась курсу XX съезда. На этот раз Хрущев обнародует ее полный состав. Помимо Молотова, Кагановича, Маленкова он назовет Ворошилова, Булганина, Первухина, Сабурова и «примкнувшего к ним Шепилова», то есть всех, кто в 1955 году на заседании Президиума ЦК проголосовал за ликвидацию поста первого секретаря ЦК, а фактически – за смещение Хрущева с поста лидера партии. «Они, – скажет он, – несут персональную ответственность за многие массовые репрессии… имевшие место в период культа личности»53. С претензиями в адрес членов «антипартийной группы» выступать на съезде будет не только Хрущев. Разоблачать Маленкова примутся секретарь ЦК компартии Белоруссии К.Т. Мазуров, первый секретарь Горьковского обкома М.Т. Ефремов, П.Н. Демичев, представлявший Московскую парторганизацию, председатель КПК Н.М. Шверник и другие.
Выдвинутые обвинения позволят Хрущеву зачистить советский политический Олимп от деятелей прежнего времени, не воспринимавших Хрущева в качестве безусловного единоличного лидера. Эта зачистка сильно напоминает кампанию, проведенную в 1930-х годах Сталиным. Различие, подчеркнем: кардинальное, заключается лишь в масштабах политической чистки и судьбе ее жертв, избежавших физической ликвидации и лагерей ГУЛАГа.
На этот раз партийный механизм заработает быстро, но нужных партийному начальству результатов удастся достичь не сразу. 24 октября 1961 года первичная парторганизация ТЭЦ, как и все парторганизации Союза ССР, проведет свое собрание, посвященное итогам работы XXII съезда. Правда, не в каждой такой организации состояли на учете члены «антипартийных групп». Потому и рутинное мероприятие должно было превратиться в акт «самоотверженной борьбы» за чистоту рядов. Коммунисты заслушают сообщение о высказываниях делегатов съезда, «раскрывших подлинное лицо фракционеров: Молотова, Кагановича, Маленкова, раскрывших совершенные ими факты грубейших нарушений социалистической законности, злоупотребления властью, факты произвола и репрессий против многих честных людей, в том числе против видных деятелей партии и Советского государства».
Коммунисты на этом партийном собрании заявят, что «этим фракционерам… нет места в рядах нашей партии и в своем решении [собрание] обязало партийное бюро поставить на ближайшем партийном собрании вопрос о партийности директора ТЭЦ тов. Маленкова…» Сами рядовые коммунисты поставить этот вопрос почему-то не сочтут возможным и передоверят эту честь партийному начальству.
