Не стоит искать здесь и религиозной дискриминации. Все здравомыслящие представители различных религиозных традиций России понимают: новое культурно-идеологическое обращение русского народа к своим религиозным началам станет благом и для других религиозных конфессий, так как восстановит приоритет духовных ценностей в системе общественного развития. Россия останется многоконфессиональной. Ибо речь не идет о монополии РПЦ на абсолютное доминирование в религиозной сфере, а лишь об идеологическом самоопределении светского по форме общественного сознания относительно фундаментальных духовно-нравственных ориентиров. Эти ориентиры для всех традиционных религий – едины. Именно в этом религиозно интегрирующем смысле и должно быть заявлено христианское начало русской идеологии. Ни в малой степени не притеснит подобная перспектива и сторонников атеизма. Идеология – это атрибут светского общества. В отличии от «государственной религии» она не является обязательной к исповеданию, но допускает полную свободу совести.
Тем не менее, религиозный аспект в идеологии всегда присутствует – и это многое проясняет в политике. Так главная мировоззренческая ложь нынешних «реформ» состоит в том, что прививаемая русскому народу идеология либерализма имеет нетрадиционное религиозное происхождение – протестантизм, причем в его крайнем американизированном варианте. Искусственное наложение этой чужеродной религиозной матрицы на российское самосознание и создает тот мучительный общественно-политический, социально-экономический и культурно-исторический диссонанс, от которого страдает российское общество. И иначе быть не может. Общественный организм отторгает навязываемую либеральную матрицу на глубинном уровне национального архетипа. Осуществить подобную мировоззренческую трансплантацию можно лишь в одном случае – полностью заменив традиционные духовные коды, чем и занимается система либеральных СМИ.
В этом и состоит существо вопроса – как практически соединить духовные коды русской цивилизации с задачами современной модернизации? Без связующего механизма идеологии сделать это не представляется возможным. Для преодоления кризиса исторической перестройки надо решительно выбросить западно-либеральный идеологический суррогат и опереться на собственную национально-ориентированную систему ценностей. Именно в этом идеологическом контексте церковь и общество входят в перспективный взаимовыгодный диалог.
Церковь, сохраняя свою традиционную неотмирность, обретает прямую связь с обществом, становится действительно нужной ему, не как заповедник национальной духовности, а как действующий субъект национально-государственного развития. А общество, сохраняя светский, современный характер, обретает одухотворенный смысл и перспективу социального совершенства, нравственный фундамент и единую шкалу ценностей, восстанавливает попранные идеалы и утраченное национально-историческое самосознание перед лицом глобализации.
Мягкая идеологическая форма отношений церкви и общества позволит сохранить между ними определенную социальную, политическую и юридическую дистанцию – ограждая светскую независимость общества, и защищая церковь от суеты мира. Причем общение церкви и общества на поле идеологии становится не просто компромиссом утилитарного свойства, а принципиально новой основой для неограниченного социально-культурного творчества, открывая новые возможности и горизонты в области культуры, науки, философии, образования и воспитания. Это становится той сферой широкого общекультурного синтеза, где может быть безболезненно преодолен традиционный церковный догматизм в развитии христианского миропонимания. Не в том смысле, что будут отменены догматические истины церкви, а в том, что они получат свободу к дальнейшему раскрытию в актуальной человеческой истории.