– Топь… Я никогда не думала об этом. – Элен призадумалась. – Но в тот день, когда Кайл пригласил меня на ужин, он ничего не заказал. Это связано с тем, о чем ты хотел поговорить?
– Да. У чистокровных есть свои особенности. Как бы это помягче сказать?.. В общем, сейчас он болен.
– Болен? Ночнорожденные умеют болеть? – с явным подозрением спросила Элен, и Оливер подумал про себя: «Монс, да что я несу?»
Но вопреки осознанию глупости сказанных слов, он продолжил свою игру:
– Это не похоже на болезнь живых, но для мертвых это примерно то же самое. Какое-то время ты не увидишь его.
– Конечно, если он болен…
– БОЛЕН?! – рев донесся из-за угла, и Оливер встрепенулся.
«Черти Монса, как я мог не почувствовать его?!»
– Что ты сейчас сказал, жирдяй?
Кайл опирался о стену кровавыми руками – он выдрал их из оков, сломав кисти. Красные глаза зияли яростью, взъерошенные волосы торчали в разные стороны – голодный древний не стеснялся подобных «прикрас».
– Размазал древнюю кровь! Идиот! – зарычал Оливер.
– В районе нет ночнорожденных… Наверное.
Эфилеан огня испуганно отшатнулась.
– Кайл… – прошептала она, прикрывая рот ладонью.
– Стой на месте, – рявкнул Оливер другу, – иначе я добавлю тебе сломанных костей.
Несмотря на то что Кайлу было тяжело сдерживаться, он не выказывал открытых признаков агрессии в присутствии Элен. Будто из последних сил хватался за свою сознательную часть.
– Я не хотел ей показывать тебя в таком состоянии.
– В каком таком? – с издевкой переспросил Кайл. – В естественном?
– Вытри древнюю кровь, не нарушай закона.
– Опять ты с этой устаревшей моралью.
– Я, как свидетель, предупредил тебя!
Кайл показательно обсосал кровавые пальцы и облизнул ладони, сверкая зубами.
– Отпечатки на здании уже засохли, – съязвил он, с хрустом вправив сломанные кисти. – Их вылизывать не стану.
– Да что здесь, Топь вас, происходит? – ворвалась в разговор Элен.
– Второе состояние Кайла. Точнее, естественное состояние. – Оливер окинул Элен не на шутку обеспокоенным взглядом. – Уходи, тебе опасно здесь находиться.
– Это тебе опасно находиться здесь, жирдяй. Я не наврежу ей.
Элен, ошарашенная подобной картиной, остолбенела. Она впервые различила чистокровного в его естественной форме. Страх, который источали древние, пропитывал живых насквозь.
– Я никогда не видела подобного…
– Уродства? Ты это хотела сказать? – съязвил Кайл.
– Нет. Я никогда не видела чистокровных в их… естественной форме. Ощущение… отличается от обращенных.
– Не все такие «красавцы», как я. Тебе выпал шанс увидеть информатора во всей красе! – Он молниеносно оказался за ее спиной, схватив эфилеана стихий в удушающий захват.
– Смотри, Оливер, не страшно за живого? Только и делаешь, что воспитываешь меня. Цепная псина Монса, тебе не надоело? – Он слегка наклонился к Элен. – Я не буду плохим мальчиком. Оливер все равно снова закует меня в кандалы и будет избивать до посинения, но я хочу, чтобы именно ты наказала «информатора». Преподай урок за то, что я не рассказал тебе свою маленькую тайну. Ну же. – Рука Кайла еще сильнее сдавила ее шею. – Тебя ведь в университете уже хоть чему-то научили?
– У тебя есть сомнения, насколько я хороша в бою? – силясь высвободиться, хрипела она. – В обсерватории ты долго не мог меня поймать.
– Хм… как бы сказать. В обсерватории… Я хотел побегать за тобой, вот и бегал. Серьезно думаешь, что древний не смог бы поймать элементалия?
Элен не дала ему закончить, она дернулась, нанося удар локтем, и, уклонившись пару раз, вырвалась из захвата.
– Я не узнаю тебя.
– Элен, сделай это, – твердо приказал Оливер. – Животное просит поиграть с ним.
– Давай поступим так, – Кайл обратился к Элен. – Я даю тебе фору и не стану атаковать. Все, что от тебя нужно, – один удар. Ударь меня в лицо, и на этом закончим. Я вернусь в подвал. Сможешь?
– Ты сейчас серьезно?
– Абсолютно, красавица! Или мне показать свою серьезность более тесным путем, как ты показала в прошлый раз под прозрачным куполом?
Провокация сработала безукоризненно. Не успел Кайл продолжить язвительную тираду, как в его сторону полетела рука эфилеана, но он, успев увернуться, только задорно рассмеялся.
– Так-то лучше, развлеки меня!
Удар за ударом, Кайл, сложив руки за спиной, лениво уворачивался. Схватка походила на посмешище. Но пока древний не пролил кровь, Оливер оставался в стороне и бездействовал.
– Чертов информатор! – запыхавшись, кричала Элен, сдерживая искры в руках. – Почему ты не рассказал, что борешься с жаждой? – Снова замах. Удар пришелся по бетонной стене тюрьмы.
Послышались чьи-то шаги, и из тени выбежал дежурный смотритель. Заметив потасовку, он открыл рот, чтобы закричать, но Оливер успел схватить его.
– Все под контролем. – Он медленно отпустил смотрителя.
– Арейна Шаата́… как он… Почему информатор в таком состоянии? И… информатор ли это? – ошарашенно спросил мужчина в форме.
– Последствия семейной драмы, если можно так сказать, и не самая простая наследственность. Если говорить на человеческом жаргоне: Кайл – садист. Точнее, его «природное» состояние.
