– Нельзя впадать в панику. – повторила она для себя вслух. – Паника ведет к гибели. Горы скелетов на границах, что ты видела, это люди, впавшие в панику. Ты же знала, что дружбы не существует. Тебе не страшно. Ты владеешь ситуацией, – Марго расставила руки так, будто держала что-то тяжелое. – Вот так. Все под контролем, – трогая воздух, будто он был осязаемым и даже плотным Марго сделала несколько вдохов и выдохов. – Молодец. – похвалила она сама себя.
Состав мыл ноги и курил перед отбоем. Марго стояла возле туалета, отгоняя мух смолящей сигаретой.
– Елена. – издевательски протянула Марго, завидев ту на тропе к сортиру.
– Я выполнила твою просьбу. Дай пройти.
– Прости за любопытство, а писать ты будешь стоя, или уже полностью погрузилась в образ?
– Что нужно? – Елена попыталась прижать Марго к деревянной стенке туалета, но почувствовала сквозь дырку на платье холодную сталь.
– Осторожно, а то порежешься. Что нужно? Пустяк. Нужно еще кое кого убить. Но тут уже любым удобным способам. Говорят, женщины всегда выбирают яд. Как ты думаешь, это стереотип?
– Ты издеваешься? – Елена все же отошла.
– Доктор Болман. Ты, наверное, с ним уже знакома. Но сделать это нужно немедленно. Пописать времени нет.
Елена молча кивнула и развернулась обратно к тропинке. Марго смотрела ей в след. Хьюго, Сильвия, Савелий. Люди, которых она слышала и видела каждый день своей жизни. Жалости не было. Плакать уже не хотелось. Была тяжелая пустота в груди, которую хотелось заполнить дымом. Никого не останется. Неграмотные слуги да пустыня. Марго знала, что рано или поздно ей придется хоронить единственных близких, кто остался у нее после родителей. Но никогда не думала, что они захотят похоронить ее. Не было даже обиды.
– Угостите сигареткой? – Марго подошла к часовому на крыльце.
– Последняя. – буркнул тот.
Марго облокотилась рядом и уставилась на одного из младших офицеров, который стоял на четвереньках и изображал перед козой какое-то животное. Он ревел, по подбородку текла слюна.
– Переборщил с лекарствами магистра? – спросила Марго.
– Может полыни наелся, что за храмом растет.
Марго достала свою пачку из кармана халата и закурила. Две или три затяжки. От довольства собой становилось страшно. Скоро поднимется тревога. Она больше не допустит глупостей. Ошибок и бессмысленных действий. Четвертая затяжка. Тревога не поднималась. Чуть выше желудка образовалось щемящее чувство. Дурацкие воспоминания из детства. Постаревшее от нервов, курения и частого отбеливания рожа Романа. Марго прикусила губу. Сильвия, которая отчитывала ее за испачканное платье и за ночные побеги. Пятая затяжка. Савелию девятнадцать. Он только приехал в госпиталь на практику. Марго хвастается ему своим плеером, а он учит ее новому способу завязки шнурков. Показывает младшей Хейфиц, как завязать клеточкой, одной полосой, бантик посередине. Шестая затяжка и котлы зазвенели. Марго бросила окурок и побежала внутрь.
Возле бокса магистра толпилась охрана и офицеры в одном исподнем.
– Нападение на доктора Болмана!
В коридоре пахло потом куревом и порохом от свежего выстрела. Марго пробивала себе дорогу локтями, пока не увидела Елену в луже крови. Охрану магистра и Савелия прижимавшегося к грязным тряпкам штор. Он никогда не был трусом. Защищал от буйных пациентов сестер. Патрулировал местность по ночам. Но сейчас он выглядел жалко. Даже после смерти своей возлюбленной он был угрюмым, но не жалким щенком, забившимся за штору. Марго впервые заметила, как он постарел. Вчерашний студент, помогавший ее родителям, с глубокими залысинами, морщинами и черными кругами под глазами. Марго принялась исследовать пальцами свое лицо. Сухая кожа, обветренные скулы. Она поймала взгляд старика-студента на себе. Он смотрел на нее с такой ненавистью, будто она, а не Елена пыталась его убить. С таким отвращением, будто увидел гангрену. Марго тоже не сводила глаз. «Я даю тебе еще один шанс. Одумайся. И я прощу тебя.»
– Доктор Хейфиц. – громко позвал магистр, и Марго немедля опустилась на колени перед телом. Проверила пульс, посмотрела зрачки, а затем задрала платье почти на голову убитой.
– Наша госпожа – муж. – вынесла она диагноз и открыла рот в ожидании реакции.
– Фу блядь! – крикнул кто из офицеров и убежал восвояси.
– Что?
– Сами посмотрите, магистр. – Марго стянула с тела трусы.
– Заройте у свинарника.
Хорошее место. Сюда мало кто ходит из-за вони свиней. Можно сделать тайник. Или похоронить кого.
Савелий не принял молчаливого предложения. Нужно было придумать хоть что-то. Любую глупость. Оттянуть время хоть на пол часа.
Ричард лежал, чуть приподнявшись на локтях. Сесть на постели не давали наручники, что приковывали руки к койке. Волосы отрасли чуть ниже плеч. Свалянная мокрая борода обезображивала молодое загорелое лицо.
– Капитан! Ваш организм очень силен. Но я оставлю вас под наблюдением, на всякий случай.
– Перед смертью не надышишься.
– После смерти. А до. Нужно искать выход. И как минимум два. Слышали новость. На моего коллегу напала Елена.
