Ходъ религіозной реформы въ Англіи представляетъ странное зрлище для посторонняго наблюдателя. Въ промежутк мене чмъ тридцати лтъ нсколько разъ мняется государственная религія, вводятся поперемнно протестантизмъ и католицизмъ, и при этомъ народъ почти везд остается спокойнымъ зрителемъ происходящихъ перемнъ. Нкоторые историки объясняютъ это явленіе необычайной силой правительства съ одной стороны и крайней забитостью народа — съ другой. Но это объясненіе едва ли можетъ быть принято, когда дло идетъ объ Англіи. Справедливо, что никогда королевская власть въ Англіи не была такъ могущественна, какъ въ эпоху Тюдоровъ, но самое ея могущество было условно, ибо основывалось не на постоянномъ войск, какъ въ остальной Европ, а на популярности правительства въ народныхъ массахъ 187). Это очень хорошо понимали сами Тюдоры и, несмотря на свое высокомріе и деспотическія наклонности, они, скрпя сердце, не разъ преклонились передъ твердо выраженной народной волей. Самъ же народъ, повидимому, относился довольно равнодушно къ частымъ перемнамъ государственной религіи. Онъ испоконъ вка ненавидлъ эксплуатировавшее его развратное католическое духовенство, не разъ энергически протестовалъ противъ вмшательства папы во внутреннія дла страны, но въ конц концовъ оставался добрымъ католикомъ и въ богослуженіи продолжалъ держаться обрядовъ и церемоній католической церкви. Только одинъ разъ, въ лиц Виклефа, англичане задумали реформу церкви на боле широкихъ началахъ, желая прежде всего свергнуть съ себя нравственное иго католическаго духовенства, но эти желанія были преждевременны: авторитетъ римской церкви былъ еще очень силенъ въ сознаніи народныхъ массъ, и распространеніе ереси Виклефа было пресчено совокупными усиліями дворянства и духовенства. 18S). Въ послдующихъ попыткахъ церковной реформы въ Англіи политическіе вопросы всегда стояли на первомъ план; сущность англійской реформаціи — вплоть до возникновенія пуританизма — сводится къ вопросу независимости англійской церкви отъ римской куріи и супрематіи короля въ длахъ вры; значеніе ея боле іерархическое, нежели нравственное или соціальное, между тмъ какъ напр. въ Германіи реформація вышла изъ самой глубины народной совсти и, проникнувшись идеями гуманизма, сдлалась знаменемъ умственнаго и соціальнаго обновленія, сущность котораго прекрасно выражена въ извстномъ девиз Гуттена: "отъ истины къ свобод и отъ свободы къ истин." Нтъ нужды, что соціальное движеніе, вызванное реформаціей, имло такой печальный исходъ; все-таки за нмецкими протестантами всегда останется слава честной и великодушной, хотя и безплодной, попытки соціальнаго возрожденія Германіи. Вожди англійской реформаціи не задавались такими широкими задачами и не думали связывать свое дло съ дломъ умственнаго и соціальнаго возрожденія англійскаго народа. Въ строгомъ смысл слова они не были даже религіозными энтузіастами, но только политиками и теологами. Свергнувши съ себя авторитетъ римской церкви, они мало заботились о темъ, чтобъ освободить умы народа отъ опеки фанатизировавшаго его духовенства. Оттого англійская реформація долгое время держалась на поверхности народной жизни, не сообщая ей никакого живительнаго импульса. Даже конфискація монастырскихъ имуществъ, принесшая, по вычисленію Гнейста, въ казну короля не меньше 130,000 фунтовъ ежегоднаго дохода, не отозвалась никакими улучшеніями въ быт недостаточныхъ классовъ общества; большая частъ земель, захваченныхъ у духовенства, была роздана любимцамъ короля, а заботы о призрніи бдныхъ, лежавшія прежде на монастыряхъ, были возложены на сельскіе приходы. Изъ сказаннаго ясно, что реформа англійской церкви, предпринятая и совершенная Генрихомъ VIII, не имла для Англіи такого освобождающаго значенія, какое имла Лютерова реформа для Германіи. Народъ рукоплескалъ тому энергическому образу дйствій, посредствомъ котораго король развязался съ папой; онъ безъ всякаго сомннія одобрялъ конфискацію монастырскихъ имуществъ, но, плохо понимая разницу между англиканизмомъ и католицизмомъ, смотрлъ на все это дло съ чисто-практической точки зрнія. Въ протекторство Соммерсета протестантизмъ сдлалъ большіе успхи въ главныхъ городахъ Англіи, но еще не усплъ привлечь къ себ симпатіи сельскаго населенія, такъ что когда въ царствованіе Маріи (въ 1554 г.) католицизмъ былъ объявленъ государственной религіей, это объявленіе не встртило въ народ сильной оппозиціи, какъ можно было ожидать, судя по исконной ненависти англичанъ къ римскому духовенству. Не то было, когда королева задумала возвратить церкви конфискованныя имущества: тутъ она встртила такой единодушный отпоръ, что вынуждена была поспшно отступиться отъ своего намренія. Послдній примръ какъ нельзя ясне показываетъ, съ какимъ индеферентизмомъ относились англичане того времени къ догматической сторон религіозныхъ вопросовъ; по глубокому замчанію Маколея, они считали различіе между враждебными исповданіями не стоющимъ борьбы. Марія потеряла народную любовь не за свою фанатическую преданность католической церкви, но за то, что она, изъ угожденія своему супругу, принесла въ жертву интересы своего отечества интересамъ Испаніи. Наконецъ ея кровавыя религіозныя преслдованія окончательно отвратили отъ нея народныя сердца. Не понимая ясно различія между католицизмомъ и протестантизмомъ 189), народъ еще меньше могъ понять необходимость преслдованія еретиковъ и сопровождалъ своими благословеніями идущихъ на костеръ протестантовъ. Въ іюл 1558 г. враждебное отношеніе народа къ казнямъ за религію выразилось столь явственно, что епископъ Боннеръ побоялся публично сжечь нсколькихъ протестантовъ и сжегъ ихъ тайкомъ отъ народа и притомъ ночью 190).
