Опустившись на кресло, стоящее прямо за ней, Оля стала опустошенно глядеть на перебинтованную кисть. Она знала, что не надо было говорить ему, Кирилл предупреждал ее, но она все равно рассказала и получила то, что и должна была за неверность самой себе.
Запрыгнув в машину, Стас быстро переключил автомат, и машина резко дернулась в места. Так же резко повернув руль, он развернул машину.
— Эй, ты чего творишь? — просыпав фисташки от таких резких толчков, Паша схватился за бардачок, чтобы не поцеловать лбом лобовое стекло.
— Ты был прав. — выплюнул Дроздов.
— В чем?.. — лицо парня вытянулось.
— Сейчас все поймешь. — усмехнулся он, продолжая гнать в сторону моря.
Припарковавшись недалеко от костра, Стас выпрыгнул из машины раньше, чем Паша успел открыть дверь, и сразу же стал приближаться к костру, вокруг которого сидели ребята. Они сразу же обернулись на громкий хлопок дверью и стали наблюдать за приближающимся в темноте парнем.
Когда Стас оказался уже в свете огня, он схватил за ворот куртки Кирилла и, сбросив его с чурки, схватил за левую руку.
— Какой рукой ты толкнул ее? Этой? — сжимая губы после каждого вопроса, шипел Стас, сильнее сжимая горячие пальцы на чужом запястье.
Алена подпрыгнула с места от неожиданности, с ужасом впившись в бывшего друга глазами, а сидевшие рядом Никита и Кристина взялись за руки и со страхом в глазах переглянулись между собой.
— Что он творит? — Алена предприняла попытку подойти к парню и успокоить его, но Паша выставил руку перед ней, не дав девочке пройти дальше.
По его недовольному лицу она поняла, что лучше не лезть к ним двоим сейчас, поэтому отступила назад, просто наблюдая за происходящим.
— Ты действительно хочешь обсуждать это при всех? — метнув взгляд на троицу у костра, лукаво уточнил Кирилл, который будто бы не был так сильно удивлен, как должен был.
До желтизны сжав губы, Стас толкнул Ворона левой рукой в плечо, заставив отойти назад, а когда они вместе с Пашей оказались уже возле устья, Дроздов ударил друга кулаком по наглому лицу, которое отлично отвечало на его вопрос за самого Кирилла.
— Мы смолчали, я смолчал, когда ты прям перед его носом стал гулять с Оксаной, зная, как она ему нравилась. — обозленно шептал Стас, глядя на то, как Кирилл прикрывает кровоточащий нос ладонью. — Но теперь ты снова так поступаешь!
— Что ты несешь, придурок? — в нос спросил Воронцов, стряхивая с ладони кровь на песок, которая черными точками сворачивалась в песчинках, будто бы пыталась скрыться от страшного конфликта.
— Она сказала, видела, что нравится тебе. — приблизившись к разбитому лицу, тихо сказал Стас, чтобы ребята у костра точно не смогли этого услышать. — Она что, дура по-твоему, чтобы ей такое показалось?! А зная твою натуру, я не сомневаюсь, что причин для этого было достаточно. Но насколько же ты отвратительный, раз делаешь это прямо перед носом собственной девушки? — Стас посмеялся, разочаровываясь в друге с каждым собственным словом.
— Да она дура, Стас! — заорал он так, что Пашка вздрогнул, хотя будто бы был готов ко всему. — Она хочет, чтобы я помог ей умереть, а потом ожить. Настолько спятила, что предложила мне за помощь себя! — уже тише добавил Ворон, задрав голову наверх, не желая терять больше крови.
В голове все сложилось, и кулак непроизвольно стал сжиматься с новой силой, но вовремя перехвативший руку Паша не дал избить Воронцова еще сильнее.
— Ты толкнул ее так сильно из-за того, что она якобы выставила тебя такой тварью, которая пошла бы на подобное? — вздохнув и взглянув на Жданова, постарался стать спокойнее Стас.
— Что? Ты что, не слышал меня? Я сказал, что она хочет, чтобы я помог ей помереть, а ты про какой-то толчок думаешь?!
— Я прекрасно знаю, что ты сам наговорил ей бреда про какую-то бабку, идиот. — снова дернулся в его сторону парень, не выдерживая подобной лжи.
— Я думал, что бабка поможет нам с проклятием! Но она оказалась старой дурой, а Оля не понимает этого. И в итоге что, я получаю по лицу за то, что не хочу помогать ей в этом?
— Мы оба понимаем, за что на самом деле ты только что получил. Я сделал то, что должен был сделать еще Паша несколько лет назад.
— Я видел, что ты действительно полюбил Оксану. — вмешался Жданов. — Поэтому я не стал мешать вам и ничего не сказал тебе. Но если ты действительно пытался сблизиться с Олей втайне от нее, я и правда… готов ударить человека впервые в жизни. — спокойно и как будто бы нехотя говорил Паша.
— Короче, — положив ладонь на плечо Жданова, Стас посмотрел на Кирилла. — Если еще хоть раз я увижу твои подозрительные взаимодействия с ней, которые ей будут неприятны, если еще хоть раз ты заикнешься про какое-то проклятие или поведешь ее к той бабке, я лично сломаю эту руку. И я очень надеюсь на твой разум, благодаря которому ты ни за что бы не стал помогать ей с какой-то там смертью на одну секунду. Усек?
— Усек блин! — выплюнул Ворон, утирая кровь рукавом куртки. — Хотя я и не собирался ничего такого делать, но если таковы условия друга, готового за приезжую девчонку сломать мне руку, то да, конечно, усек, понял, осознал…