В ноябре 1960 года Кеннеди безоговорочно выиграл президентские выборы. Америка вступала в новую эру. Народ сразу же поверил новому президенту: он выглядел умным, искренним и очень демократичным. Теперь американцы были готовы простить ему многое – в том числе и связь с самой знаменитой актрисой США.
После выхода киноленты «Некоторые любят погорячее», более известной под названием «В джазе только девушки», Мэрилин Монро окончательно укрепилась в статусе «женщины-бренда». Теперь дело не ограничивалось лишь бигбордами с изображениями Монро, а также постерами, обложками и этикетками. Фильмы с ее участием анализировались в актерских школах по всему миру. Появились серьезные научные разработки, в которых специалисты по PR-технологиям пытались проанализировать ее успех. Психологи изучали поведенческие модели Мэрилин, впервые введя в обиход понятие «синдром блондинки».
Однако сама актриса словно не замечала этого. Страсть к Джону Кеннеди захватила ее с головой. Она ни о чем не просила Джона – даже о разводе…
Но тут на сцене впервые появилась Джеки Кеннеди, делившая с ее возлюбленным кров, стол и постель. Эта незаурядная, волевая и очень проницательная женщина сразу определила, как следует вести себя с Мэрилин Монро. Конечно же, первая леди не могла похвастаться ни харизмой соперницы, ни притягательной сексуальностью, ни даже степенью известности во всем мире. Однако Джеки, выпускница престижного университета Джорджа Вашингтона, безукоризненно владевшая четырьмя языками и обладавшая врожденной интеллигентностью, обладала другими козырями: она выглядела умней, выдержанней и, что самое главное, была матерью двух детей Джона Фицджеральда Кеннеди…
А потому в телефонном разговоре с Мэрилин Монро, состоявшемся в ноябре 1960 года, Жаклин Кеннеди сразу избрала нужную интонацию. Ты хочешь стать женой Джона? Хорошо, я уйду из его жизни. Но теперь вся ответственность за тридцать пятого президента США полностью ложится на тебя. Тебе придется навсегда оставить кинематограф и сопровождать мистера президента на всех официальных приемах, положенных по протоколу. Сопровождать его во всех зарубежных поездках. Кроме того, у Джона Кеннеди, заслуженного ветерана Второй мировой, множество проблем со здоровьем, о которых мало кто знает: искалеченный позвоночник, отеки ног, нарушение обмена веществ, так что тебе придется отвечать и за его здоровье. К тому же тебе следует быть готовой к его многочисленным изменам: кто даст гарантии, что он не станет изменять тебе так же, как изменял мне?!
Чем закончилась эта телефонная беседа, доподлинно неизвестно. Однако Мэрилин Монро сразу же погрузилась в черную меланхолию. Единственным спасением от депрессии, в представлении кинозвезды, стали мощнейшие барбитураты в сочетании с алкоголем, которые она принимала почти ежедневно.
Спустя месяц выяснилось, что Джон категорически отказывается общаться с Мэрилин. Он поменял все номера телефонов, приказ а л охране не пускать актрису к себе, а также прекратил приглашать ее на официальные мероприятия Демократической партии… Несомненно, причиной разрыва стало не только желание президента вернуться в семью, но и политическая целесообразность: ведь отношения с Монро зашли слишком далеко, и это могло повредить Кеннеди баллотироваться на второй президентский срок. Сколько Мэрилин ни пыталась восстановить связь со своим принцем – все было бесполезно.
Так всем известная сказка о Золушке приобретала неожиданное и зловещее продолжение. Девушка с окраины Лос-Анджелеса, получившая все, о чем миллионы смертных и мечтать не могли, ощущала себя неприкаянной, одинокой и глубоко несчастной.
Депрессия следовала за депрессией. Монро принялась экспериментировать с психотропными таблетками и алкоголем, постепенно все больше и больше впадая в зависимость от этого допинга. Два раза ее жизнь висела на волоске: Мэрилин не угадала с дозой, и лишь чудом ее удалось спасти. У нее начались серьезные проблемы на съемочной площадке: ведь ни один режиссер, ни один продюсер не будет терпеть капризы пусть и знаменитой, но истеричной и непредсказуемой актрисы!
Дело шло к логической развязке… В начале 1962 года Мэрилин неожиданно спросила своего гримера Уитни Снайдера, которого называла единственным и безвозмездным другом: «Ты можешь постараться как следует, когда я буду лежать в гробу?» Снайдер, пораженный вопросом, умудрился, однако, перевести все в шутку, однако по интонациям своей приятельницы понял, что дело зашло слишком далеко.
