Пару лет ей приходилось просто выживать. Она перебивалась случайными заработками: сперва все в том же «Черри-Лейн» двигала декорации и продавала билеты, потом устроилась секретаршей в коммерческую фирму. Эта работа неплохо ее обеспечивала и даже позволяла учиться вечерами на очередных актерских курсах. Однако постоянные опоздания и пение на рабочем месте быстро надоели начальнику, и Барбра была уволена.
С тех пор работа не по специальности больше ее не интересовала. Она хотела быть только актрисой и предпочла недоедать, чем прожигать свой драгоценный талант.
Однако, как назло, ее никуда не брали, как и предупреждала мама, пока Барбра не вспомнила, что имеет неплохой голос. Один знакомый посоветовал ей заглянуть на прослушивание в бар Te Lion на Гринвич-Виллидж, где как раз искали певицу. Это была ее первая, хоть и небольшая, победа. Вот тогда-то она и подкорректировала свое имя. После прослушивания Барбра заметила, что в баре абсолютно нет женщин. Как оказалось, это был бар для геев.
Позже она вспоминала, что в ее пору в Te Lion работал официантом Джоэл Шумахер, ныне знаменитый режиссер мюзикла «Призрак оперы».
В ночном клубе Барбру очень полюбили, как и в других, куда ее приглашали уже за гораздо большие гонорары. Она стала постоянной гостьей ночных ток-шоу и настоящим талисманом в среде нью-йоркских геев. В тот же период у Барбры появился агент Марти Эрлихман, с которым они никогда не заключали контракт, но до сих пор продолжают сотрудничать. Марти настолько верил в талант своей «подопечной», что даже после нескольких неудач продолжал подыскивать ей роли и рекламировать где только возможно.
В конце 1961 года он отправил ее на кастинг бродвейского мюзикла «Я достану тебе это оптом», сюжет которого разворачивался во времена Великой депрессии. Барбра подготовилась как следует: в толпе ухоженных и статных претенденток на прослушивании не заметить ее было невозможно. Она заявилась в театр в облезлом меховом пальто тридцатилетней давности, купленном в секонд-хенде за десять долларов, в кедах и вязаной шапочке, из-под которой торчали нечесаные волосы. В руке у нее был чемоданчик, набитый партитурами, а на плече – авоська с бутербродами. В таком виде она и ввалилась в зал для прослушивания.
Комиссия интуитивно ожидала от подобной героини чего-то особенного, вот только чего, сама не знала. Поднимаясь на сцену, Барбра устроила целое «представление»: с грохотом уронила чемоданчик – партитуры разлетелись во все стороны. А когда она бросилась их собирать, авоська соскочила с плеча и намертво запуталась в рукаве пальто.
Будь на ее месте кто-то другой, такое «выступление» можно было бы считать провалом. Но это была Барбра: она не произнесла еще ни одного слова, а члены комиссии уже покатывались со смеху. Они недоумевали: то ли это гений комедии, то ли городская сумасшедшая.
Барбра плюхнулась на стул, достала изо рта жвачку и, прилепив ее под стулом, ни с того ни с сего запела. При этом она встала и, пошатываясь, поплелась к противоположному краю сцены.
Когда Барбра ушла, режиссер попросил ассистента убрать жвачку из-под стула, однако, к их обоюдному удивлению, ее там не оказалось. Все это была просто блестяще разыгранная сцена. В результате загипнотизированная комиссия отправила Барбру к продюсеру постановки Дэвиду Меррику Вот ему-то как раз понадобилось пять прослушиваний, чтобы скрепя сердце все-таки утвердить ее на роль. У него были большие сомнения и по поводу ее внешности, и по поводу поведения. И как выяснилось, продюсер волновался не зря.
С самого начала репетиций Барбра вела себя не как девятнадцатилетняя девушка, чудом попавшая в первую серьезную постановку, а как требовательная и темпераментная суперзвезда с тяжелым характером. Она постоянно опаздывала, спорила с режиссером, часто отказывалась играть, сильно раздражая тем самым своих коллег.
Даже в таком обычном деле, как написание биографии для театральной программки, юная «дива» сумела выделиться: «Родилась на Мадагаскаре, воспитывалась в Мьянме». «Играю девушку из Бруклина, сама из Бруклина. Скукотища», – говорила Барбра раздраженному начальству. Дирекция решила, что связываться с ней себе дороже, и напечатала биографию, как она сказала. Продюсер несколько раз порывался уволить ее вместе с бойфрендом Эллиоттом Гулдом, исполнителем главной роли, но невероятный голос актрисы, а также крепкая поддержка композитора не дали ему этого сделать.
