В то время в своем дневнике Фрида написала: «Я жду ухода и надеюсь больше никогда сюда не вернуться». Мексиканцы издревле воспринимают жизнь всего лишь как момент своей вечной жизни, дверь в которую открывает смерть.
В 1954 году Фрида снова попала в больницу: в апреле – в результате глубочайшей депрессии и, по некоторым сведениям, попытки самоубийства, а в июне – с пневмонией. Через неделю после своего сорок седьмого дня рождения, 13 июля, Фрида Кало умерла в своем любимом неизменно Синем доме.
За год до этого, в 1953-м, несмотря на свое жуткое состояние, она все-таки нашла в себе силы предстать перед гостями своей первой в Мексике и последней в жизни персональной выставки.
Ее доставили туда на машине «Скорой помощи», под рев сопровождающих ее мотоциклов. Хозяйку бала ввезли в зал на специальной кровати и оставили в самом центре. Фрида была будто бы ожившая картина с собственной выставки. Как ни в чем не бывало она отпускала свои фирменные шуточки, пила текилу, курила, пела разбитные песни. Сильная женщина в слабом теле.
Когда она умерла, Диего отказывался в это верить. Ему все казалось, что она подает признаки жизни. Устав доказывать обратное, присутствовавший в доме доктор перерезал ей вену на руке – никакой крови. Ривера умер через три года, так и не успев открыть в Синем доме «Музей Фриды Кало». Это произошло лишь в 1958 году.
Фрида заранее знала, как распорядиться своим телом после смерти: «Сожгите его, – говорила она. – Я не хочу, чтобы меня хоронили. Я и так слишком много времени провела в горизонтальном положении».
Екатерина родилась в 1910 году в небольшом городке Вышний Волочек, что между Петербургом и Москвой. На карте средней полосы России начала двадцатого века Вышний Волочек – микроскопическая точка, затерянная среди желтых пятен Валдайской возвышенности. Пять церквей, один монастырь, восемнадцать кабаков, триста лавок и три тысячи жилых домов составляли основные достопримечательности этого заштатного городка. Местные обыватели, каковых к моменту рождения Екатерины Фурцевой насчитывалось тут чуть более девятнадцати тысяч, имели слабые представления о высоком искусстве. Раз в несколько лет в Вышний Волочек заезжал цирк-шапито, да местные чиновники изредка ставили любительские спектакли…
Отец Екатерины Алексеевны был рабочим-металлистом в механических мастерских, мать работала на ткацкой фабрике. Условия, в которых жила семья, трудно было назвать цивилизованными: перенаселенный кирпичный барак с прогнившими полами, грязь на улицах, свиньи в лужах, пьяные крики мастеровых из соседнего кабака. С началом Первой мировой войны Алексей Гаврилович Фурцев был призван в армию и спустя несколько месяцев погиб на фронте. Эта смерть во многом и предопределила будущее Екатерины: оставшаяся без отца девочка всю жизнь боялась стать отвергнутой и, уже став взрослой, эмоционально зависела от окружавших ее мужчин. Это чувство внутренней беспомощности, тщательно скрываемое подчеркнуто-властной манерой себя держать, осталось в Фурцевой навсегда.
