Калли не стала возражать, однако тревога не отпускала ее. Действительно ли опасность велика? У нее было такое чувство, будто на них надвигается беда. Небольшая группа английских солдат прорвется в город? Или английские моряки высадятся на берег в маленькой лодке, чтобы сеять хаос в городе? Оба предположения казались одинаково маловероятными. Но ее тревога не исчезала. Усталая Сара села отдохнуть в мягкий шезлонг. Глядя на Калли, она заметила:
— Мисс Каллиста, вы сейчас как кошка, прыгающая по горячим углям.
Калли глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.
— По-моему, вот-вот должно произойти что-то нехорошее. Не англичане ворвутся в город. По крайней мере, не сейчас, но у меня дурное предчувствие.
— Кроме англичан могут быть просто обычные преступники, — предположила Молли.
— Когда так много горожан ушли служить в полицию, мародеры могут врываться в дома, в которых нет мужчин, — промолвила Сара.
— Наверное, мое ощущение вызвано именно этим, — вздохнула Калли. — А давайте, чтобы занять время до возвращения наших мужчин, потренируемся, что мы будем делать, если к нам в самом деле вломятся воры. Устроим нечто вроде военных учений.
— Хорошая идея, — кивнула Молли. — Трей говорил, что потому-то солдаты и тренируются постоянно. Чтобы знать, что делать, когда они встретятся с опасностью. Когда случается нечто ужасное, большинство людей просто цепенеют. С нами это не произойдет, если мы потренируемся, как себя вести.
— Вот именно! Когда в Вашингтоне в мой дом ворвались английские солдаты, я чувствовала себя как парализованная, как испуганный кролик. Вряд ли я могла бы сделать что-нибудь еще, ведь их было слишком много, а я одна, но мне не нравится чувствовать себя беспомощной.
— Никому не нравится чувствовать себя беспомощным, — усмехнулась Сара. — Давайте решим, что нам делать, если придется защищаться.
Калли посмотрела на свой пистолет.
— В Вашингтоне я понимала, что один выстрел не спасет меня от группы разгневанных солдат. Но если к нам сюда кто-то вломится, вероятнее всего, это будет один или несколько человек. Мне нужно положить пистолет в удобное место, чтобы рядом был порох и пули и его можно было быстро перезарядить.
— Это подойдет? — Молли пододвинула небольшой столик так, чтобы с него можно было стрелять прямо в дверь. Потом поставила корзинку с тряпками для лоскутного коврика. — Пистолет и боеприпасы надо положить сюда, и если кто-нибудь войдет в дверь, то не увидит их.
— Отлично. А как насчет ножей? У нас есть острые кухонные ножи, но без опыта будет трудно метко бросать их в цель.
Молли задумалась.
— Ножи лучше всего годятся, когда кто-то рядом. Я не хочу, чтобы кто-то подошел ко мне так близко.
— Надеюсь, никто и не подойдет, но если в дом вломятся несколько пьяных, то, увидев троих женщин, они могут решить поразвлечься и захотят подойти слишком близко.
Все трое замолчали, осознавая возможные последствия. Потом Молли сказала:
— У меня есть хороший кусок дубленой кожи, я сошью из него пару ножен для самых маленьких ножей, которые можно носить на бедре.
— У тебя изобретательный ум! — воскликнула Калли. — Давайте этим займемся.
— Не забывайте про табак, — вставила Сара. — У нас здесь огромные бочки с ним. Когда они стоят на дне, они устойчивые, но, если свалить парочку набок и подтолкнуть, бочки быстро покатятся, и они очень тяжелые.
— Отлично, Сара! Молли, давай опрокинем пару бочек и нацелим их в сторону двери. Затем займемся ножнами для ножей.
Ее падчерица улыбнулась:
— А это забавно, хотя и тревожно.
— Я уверена, что ничего из этого нам не пригодится, — сказала Калли, — но сами приготовления нас отвлекут.
Она положила на столик, скрытый за положенной набок корзиной, пистолет, порох и запас пуль. Раньше она говорила Гордону, что сомневается, что, может хотя бы попытаться кого-то убить. Но ее мнение на сей счет изменилось.
— Хижина вон там. — Питер направил повозку на ухабистую проселочную дорогу, тянувшуюся в тени деревьев, словно в тоннеле. — Я увел Трея как можно дальше от места сражения.
Будто подтверждая его слова, к востоку от них прогрохотали пушки. Дорога закончилась перед обшарпанной бревенчатой хижиной. По двору бродили куры, посмотрев на гостей, они снова вернулись к поиску пищи. Гордон предположил, что их выпустили из клеток, чтобы они не умерли с голода до возвращения хозяев хижины.
— Если это место найдут красномундирники, курам конец, — заметил Джошуа, останавливая повозку перед хижиной. — Питер, ты взломал дверь?
Тот кивнул с виноватым видом:
— Замок был очень простой. Я не хотел, чтобы Трей лежал снаружи. В хижине я оставил записку с извинениями и немного денег. А еще убрал под стол обе наших винтовки. У меня не было сил тащить их.
Питер вошел в хижину первым, Гордон и Джошуа последовали за ним. Трей лежал с закрытыми глазами на импровизированной постели из старых одеял, которые его друг положил перед холодным очагом. Сквозь повязки на его плече и ноге проступала кровь, но, когда они вошли, Трей открыл глаза.
— Дедушка!
Казалось, он готов был заплакать.
