Именно оттуда мистер Кеттл выскочил к Кэмпиону и Марлоу, стоило им переступить порог лавки. Он был сам не свой – бледнее обычного, с беспокойно бегающими глазками.
– Что я могу для вас сделать, джентльмены? – несомненно нервным голосом спросил он.
Марлоу наклонился было через прилавок, но Кэмпион коснулся его руки и начал сам, весьма любезно:
– Кажется, что мисс Пейджет забыла у вас свою сумочку, мистер Кеттл. Кстати, вам лучше все это расчистить, – обвел он рукой груды товаров. – где здесь вообще пожарный выход? Столько хлама вокруг, не дай бог, случится беда. Так где же сумочка?
– Она ничего здесь не оставляла, сэр, – отчеканил мистер Кеттл.
– Отлично! – вдруг обрадовался Кэмпион. – Тогда мы точно по адресу. Она все еще в доме?
Мистер Кеттл не смотрел на него, и Марлоу вдруг заметил, как некрасиво тот сощурился. Почтмейстер стоял неподвижно, его большие дряблые руки опирались на стойку. Кэмпион немного подался в его сторону и тихо повторил свой вопрос:
– Она все еще в доме?
Из уголка рта мистера Кеттла потекла тонкая струйка слюны, и тут Марлоу, до этого немало этим растерянный, с ужасом понял: мужчина парализован страхом. У Марлоу это зрелище вызвало тошноту, а вот Кэмпион был менее чувствителен.
– Не будьте дураком, Кеттл, – резко бросил он. – Нам осталось только сдать вас полиции. Лучше сэкономьте нам время и отведите нас к мисс Пейджет немедленно!
Угроза подействовала на мистера Кеттла столь же ошеломительно, как перед этим страх. Разгневанный, он отшатнулся, издав нечто среднее между рычанием и икотой. Страх обернулся агрессией.
– Правильно! Зовите полицию! – прорычал он с неожиданной яростью. – Обыщите дом! Переверните мою лавку вверх дном! Суньте носы во все щели и уголки! Но как только вы закончите, мне будет что сказать полиции. Где мистер Лоббетт, а?! Кто помог пастору наложить на себя руки?! Почему вы не показали одежду полиции?! Нет, вы не посмеете позвать их! Вы… – Вспышка гнева наконец прекратилась, и преобразившийся мистер Кеттл теперь стоял, сверля их взглядом через два фута потертой стойки, и больше он не выглядел подобострастным.
На мистера Кэмпиона все эти метаморфозы не произвели никакого впечатления. Он так и стоял, сунув руки в карманы, и взирал на мистера Кеттла с невозмутимым спокойствием.
– Это уже не уровень полиции Херонхоу, – отметил он. – Думаю, власти округа и те заинтересуются.
Мистера Кеттла больше было не напугать.
– Полиция меня не волнует. Мне нечего скрывать!
– Хорошо же, – сказал Кэмпион. – Теперь мы понимаем друг друга лучше, чем когда-либо. – Его следующее замечание казалось совершенно безобидным. – Торгуете печеньем, мистер Кеттл?
Марлоу вопросительно взглянул на своего друга, который пристально смотрел на почтмейстера. Молодой американец оказался не готов к третьей метаморфозе в мистере Кеттле: ужас вернулся к тому вместе с полнейшим изумлением.
– Ну-ну, – успокаивающе произнес мистер Кэмпион. – Обратите внимание, к нам идет одна милая старушка, мистер Кеттл. Соберитесь. Обслужите ее как подобает. Ни одна уважающая себя женщина не купит у вас марку, пока вы делаете такое страшное лицо.
Едва он умолк, как в магазин вошла Элис Брум и с порога кивнула двум молодым людям.
– Пожалуйста, содовой, мистер Кеттл, – попросила она. – Ах, как хорошо на улице после дождичка, не так ли? Как себя чувствуют ваши ноги? – Миссис Брум, очевидно, была в разговорчивом настроении, а Кэмпион был расположен ее поддержать:
– Я вот все говорю мистеру Кеттлу: нет, вы совсем не похожи на болвана, но нельзя же так волноваться! А вы что думаете, Элис? Волноваться вредно для здоровья, не правда ли?
– Я не знаю, о чем можно волноваться, когда торгуешь в лавке, – ответила она, но внезапно ей пришло кое-что в голову. – Хотя мне есть что сказать на этот счет! Вчера вечером я посылала в лавку за ящиком для хранения гренок. Мистер Кеттл ящика не прислал, зато сегодня утром он разгружал фургон для печенья, и там было полным-полно ящиков, я сама видела!
– Вот вам и еще один старый английский обычай, – повернулся Кэмпион к Марлоу. – Печенье отпускают целыми ящиками, да-да!
– Он лукавит, сэр, – покачала головой Элис. – В Англии печенье продают в жестяных банках. Да-да, в самых настоящих жестянках! – довольно повторила она и вышла из магазина с беззаботным восклицанием: – Доброго дня, сэры!
Тут Кэмпион улыбнулся мистеру Кеттлу:
– Печенье продается в жестяных банках. А мистер Кеттл возит пустые ящики. Это очень интересно. Лично я бы не удивился, если бы они воспользовались специальным фургоном, пригнав его из Лондона, а?
– Уж не знаю, что вам наплели… – с отчаянием начал мистер Кеттл, облизнув губы.
– Старине Альберту ничего не плели, он и сам все видит, – ухмыльнулся Кэмпион. – Почему бы нам не зайти в вашу маленькую гримерку и не обсудить все спокойно, без помех?
Мистер Кеттл не двинулся с места, но и не выразил никакого протеста, когда Марлоу откинул доску стойки. Оба молодых человека прошли во внутреннюю комнату, и Кэмпион придержал для почтмейстера дверь.
– Ну же, – любезно пригласил он.
