Мистер Кеттл молча проследовал внутрь. Кэмпион немедленно подпер дверь стулом.
– Окна, я так понимаю, не открываются, – заметил он. – Очень жаль, Кеттл! К этому времени запах хлороформа уже выветрился бы. А так, я думаю, простоит несколько дней.
Кеттл не ответил, и тогда Кэмпион изменился в лице.
– Если она страдает, Кеттл, я похороню все свои принципы и убью тебя! – прохрипел он, отбросив учтивость. – Ты, животное, рассказывай, как все было!
Мистер Кеттл сидел на краешке стула, распластав большие руки по столу, и глядел прямо перед собой.
– Давай же, – поторопил его Кэмпион. – Мы и так уже знаем практически все. Выкладывай.
Мистер Кеттл молчал, нервно дергая уголком рта.
– Ты расскажешь нам все здесь и сейчас… – Марлоу сделал шаг вперед. – или я отделаю тебя до неузнаваемости.
– В этом нет нужды, – усмехнулся Кэмпион. – Вы посмотрите на него. Кажется, я могу воспользоваться твоим дедуктивным методом, Кеттл, поэтому начнем с самого начала. Костюм оказался у тебя, и ты решил ловко обвести всех вокруг пальца. И еще как обвел, клянусь своей шляпой! Настолько перемудрил, что заставил и нас, и своих бесчестных работодателей жужжать вокруг, как разбуженные осы. Отдаю тебе должное за такую глупость, но, к несчастью, в одно я не поверил: в то, что ты сам расскажешь обо всем своим подельникам. – Он повернулся к Марлоу. – Тут-то я и просчитался со временем. Итак, – продолжил он, возвращаясь к своей жертве, – ты получил приказ похитить первого из нас, кто зайдет в магазин. Ты и твоя драгоценная дочь должны были усыпить несчастного или несчастную хлороформом, а все остальное было весьма просто, как я полагаю.
По тому, в какое изумление пришел почтмейстер, стало ясно: пока что Кэмпион был очень близок к истине.
– Схватив Бидди, – продолжал мистер Кэмпион, – ты, несомненно, бросился звонить в Херонхоу – или где там ждал фургон? И так в Мистери-Майл появилось единственное транспортное средство, водителя которого точно не станут опрашивать полицейские на Страуд-стрит: кому интересен добротный торговый фургон? Вы загрузили внутрь ящики, а в одном из них крепко спала бедная девочка. Так куда же ее увезли? – Он снял очки, и его светлые глаза стали казаться яркими и жесткими, когда он через стол наклонился к дрожащему почтмейстеру.
Мистер Кеттл издал нечленораздельный звук, его челюсть отвисла.
– Если они узнают, что вы обо всем догадались, они убьют меня, – пролепетал он наконец. – О, мистер Кэмпион, сэр! – Он чуть ли не распластался по столу, его руки терзали рукава. – Не дайте им узнать! Не дайте им узнать!
– Куда ее увезли? – повторил Кэмпион.
– Я не знаю! – Мистер Кеттл был на грани истерики, в его искренности не было ни малейших сомнений. – Я никогда никого из них не видел! Я получаю приказы по телефону, кодированным способом. Если бы я мог отказаться исполнять их распоряжения, то так бы и сделал! Но я не мог. Приходилось подчиняться.
Мистер Кэмпион встал из-за стола и мрачно произнес:
– Я верю ему. Думаю, худшее, чем мы можем его наказать, – это оставить негодяя на суд его же дружков.
– Я бы сказал вам раньше! – завыл мистер Кеттл. – Я бы во всем признался; если бы только знал!..
– Я тебе верю, – с презрением повторил Кэмпион. – Увы, нет никаких сомнений в том, что тебя держали в неведении. Они не настолько глупы, чтобы не знать, какой тип людей себе нанимают. Ну же, Марлоу. Он будет держать рот на замке – ради его же блага.
Пока Кэмпион и Марлоу шли через луг, последний с любопытством поглядывал на своего спутника.
– Что из этого вы уже знали в тот момент, когда переступали порог лавки Кеттла?
– Я знал не так много, как следовало бы, – с горечью нахмурился Кэмпион. – А одну загвоздку и до сих пор не могу разгадать. Я же говорил вам: меня выбило из колеи то, что я недооценил страшного идиотизма Кеттла. Я полагал, что они не смогут вступить в игру так скоро, если только не узнают про обнаруженный костюм одновременно с нами. А последнее стало бы возможным, только если бы Кеттл сам им рассказал. Он и так много где напортачил, и я решил, что он поостережется. Но он все-таки сказал им о костюме! И по Кеттлу очень хорошо видать, что они были не в восторге от его самодеятельности.
– Так, значит, Кеттл подделал одежду?
– Несомненно. Черт знает, как он ее заполучил. Единственное, что сейчас имеет значение, – это Бидди, – внезапно продолжил Кэмпион, подняв голову. – Вернем ее – и сможем захлопнуть капкан.
– Я с вами, – пообещал Марлоу. – Что вы планируете делать?
– Одному Богу ведомо… – пожал плечами Кэмпион. – Кажется, мой умственный механизм совсем забуксовал.
Дальше шли молча. Войдя в поместье сквозь распахнутую дверь оранжереи, они услышали высокий, с недоверчивой интонацией голос миссис Уайброу. Та разговаривала с кем-то внутри дома.
– Мистер Кэмпион? Не знаю, дома ли он, но я запишу ваше имя, если вы мне его назовете. Как вас объявить?
Ответил ей звонкий, неприятный голос с просто неописуемым акцентом кокни и большой долей самоуверенности:
– К черту имена! Просто пойдите к нему и мягко шепните на ушко: «К вам джентльмен на велосипеде!»
