Таинственный иностранец помог девушке сесть в лифт, словно опасаясь, что в любой момент на них могут напасть. Путешествие оказалась не таким уж неприятным, как ожидалось. Когда Изопель ощутила, как ее уносит в темноту, то от нелепости ситуации начала смеяться.
– Все хорошо, – сказал Кэмпион, помогая ей выбраться из лифта на территории его столовой. – Старик Родригес вам не докучал? Он замечательный парень. Владеет рестораном и прекрасно на этом имеет, старый скряга! Он позволяет мне использовать лифт лишь в исключительном случае, когда якобы стоит вопрос жизни и смерти. В нем живет тайная жажда приключений, и мои маленькие появления и исчезновения через заднюю дверь доставляют ему бесконечное удовольствие. А на самом деле этот лифт для доставки еды в квартиры наверху организовал предыдущий жилец. Родригес – славный малый, но порой он слишком увлекается, отыгрывая роль тайного помощника. Теперь слушайте, – продолжал он, ведя ее в другую комнату, – вам здесь будет хорошо. Лагг, должно быть, уже прибыл к месту вызволения Бидди, зато Автолик составит вам компанию. Только следите за своими драгоценностями. Жизнь с Лаггом приучила меня и не к такому.
Рассказывая все это, он суетился по комнате, сгребал разные безделушки из бюро в стиле Шератона и из глубокого шкафа возле камина.
– Если проголодаетесь, просто крикните в шахту лифта. А если испугаетесь, тогда крикните в окно. Будут звонить в дверь – не открывайте. Особенно старому джентльмену с антенной на цилиндре и в нарядных черных гетрах! Это мой дядюшка, он обычно злой. Вот тут, в зеркале на двери, можно видеть всех, кто стоит снаружи. Как в перископ. Ничего сложного.
Изопель наблюдала, как он мечется по комнате. Несколько мгновений девушка еле-еле удерживалась от наставлений – и вот наконец она нашла в себе смелость заговорить.
– Мистер Кэмпион, не дайте Джайлзу – или Марлоу – наделать глупостей, – поспешно попросила она. – Вы присмотрите за ними?
– Присмотрю, как за собственными детьми, мадемуазель, – ответил Кэмпион с улыбкой. – Считайте, оба этих молодых джентльмена отныне под святой защитой Богоматери.
Она рассмеялась, но в глазах ее по-прежнему плескалась тревога.
– Знаете, вам невдомек, насколько это страшно и волнительно – быть влюбленной! – внезапно выпалила Изопель, и краска залила ее лицо.
Мистер Кэмпион подошел к лифту. Она могла видеть его сквозь открытую дверь с того места, где сидела. Он с большим изяществом забрался в проем и сел, выглядя невероятно смешно с подтянутыми к подбородку коленями и совиным взглядом из-под очков.
– Только так и может полагать столь юная леди, – торжественно произнес он и закрыл дверцу.
Педигри видала лучшие дни. Сейчас даже дети не прибегали поиграть в витой раковинке из кирпича, которую представляла собой улица; все кругом выглядело угрюмым. Педигри пересекала под прямым углом тупиковую улицу Беверли и извилистую Вишарт-стрит, которая спускалась к Черч-стрит в Кенсингтоне. То было опасное, гнетущее место.
Мистер Кэмпион оглядел ряд домов. Ни души. Ветхий парадный вход в дом номер 12А располагался аккурат меж Педигри и Беверли. Он толкнул дверь и оказался в коридоре. В нос ударила жуткая смесь сырости и кошачьей мочи. Впереди квадратным пятном светился выход в крошечный дворик, должно быть еще более неприглядный, чем сам дом. Возле входа во двор Кэмпион обнаружил изгвазданный пролет узкой лестницы, которая вела на верхние этажи здания. Здесь запахи стали куда хуже и смешались с новыми и вовсе тошнотворными.
Мистер Кэмпион осторожно поднялся по лестнице, стараясь не касаться стен. Достигнув верхнего этажа, где двери двух комнат полностью занимали стены маленькой лестничной площадки, он безошибочно распознал голос самого Тоса Т. Кнаппа.
– Маменька, ну-ка освободи часть кровати для мистера Барбера! – Кнапп рьяно отыгрывал роль радушного хозяина. – Кажется, в углу ему не нравится.
Кэмпион замер и тихо свистнул. Дверь немедленно открылась, и на площадку выдвинулся мистер Лагг с лицом мрачнее прежнего. На мистера Кэмпиона он посмотрел оценивающе.
– Думаете, вы столь умны, – хрипло зарокотал Лагг, – раз рискуете идти на дело, взяв вот этих людей в качестве подельников?! Двух розовощеких грубиянов и джентльмена, похожего на продавца ковров? Господи, видели бы вы, что там творится! – Громила презрительно щелкнул языком. – Не прислоняйтесь к стене! – поспешно добавил он. – Не забывайте, это мне потом чистить вашу одежду.
– Послушайте, – мягко произнес Кэмпион, – ваша игра в няньку действует мне на нервы. Зачем вы втянули в дело Кнаппа, когда я сказал вам этого не делать?
– Я втянул его прежде, чем вы сказали. – Лагг нисколько не смутился. – Если вас убьют, я потеряю работу, вот я и вынужден заботиться о вас, ясно? Но, кажется, на его счет вы были правы, – мрачно добавил он. – Что, если я попрошу Тоса выделить нам свободную комнату для разговора? В его апартаментах царит атмосфера столь беззаботная, что я уже не могу ее выносить.
