«Пожарные бригады Кенсингтона были вызваны вчера вечером по адресу: тридцать два, Беверли-Гарденс, в-восемь, после таинственного звонка. Сообщается о двух интересных особенностях инцидента: густой дым, который считался следствием пожара, на самом деле был получен химическим путем; кроме того, при пожаре были спасены несколько человек, но они находились в бессознательном состоянии, вызванном не только испарениями. Полиция расследует инцидент».
– Пара строк – и все, – усмехнулся мистер Лагг. – Такое сказочное выступление, а ему посвящают всего пару строк. Ничего, подождите, «Новости мира» еще опубликуют мои мемуары: «Меня довели до жизни такой: признание известного мошенника».
Он с презрением отшвырнул газету. Ее поднял Марлоу. Он уже искал глазами колонку экстренных новостей, когда его внимание привлекла фотография на последней полосе. Внимательно изучив ее, он вдруг вскричал:
– О боже! Кажется, это папа!
В мгновение ока Кэмпион очутился рядом с ним.
– Где? – выхватил он газету, удивительно при этом волнуясь.
– Вот же! – Марлоу указывал на фотографию человека, явно застигнутого врасплох, словно оглядывающегося на какой-то звук.
Подпись ничего не проясняла:
Гигантский диплодок в Саффолке! Нашему специальному фотографу удалось мельком запечатлеть археологов за работой. Достопочтенный Элвин Клюэр все еще держит интригу относительно примечательного открытия на его археологическом участке в Реддинг-Найтсе, недалеко от Дебенхэма.
– На фотографии точь-в-точь он, – присоединившись к разглядыванию фото, отметил Джайлз.
– Точь-в-точь… – запинаясь, повторил мистер Кэмпион. – Милые мои крошки, вы разве не сознаете, что в эту благословенную ночь из всех ночей случилось нечто непостижимое и ужасающее?
– Человек с фотографии до безумия похож на отца, – сказал Марлоу.
– Конечно похож! – в ужасе вскричал мистер Кэмпион. – Это он и есть! Я лично отвез его туда!
Все молчали еще несколько минут после ошеломляющего заявления мистера Кэмпиона.
– Вам лучше объясниться, Альберт, – первой нарушила тишину Изопель.
– Полагаю, что так, – согласился Кэмпион. – Но нужно поторопиться. Мы не единственные, кто сейчас читает эту мерзкую бумажонку тиражом в пару миллионов экземпляров. Я должен попросить прощения у всех вас, – поспешно продолжил он, пока они вопросительно смотрели на него. – Я доставил вам тревог в последние пару дней, но без этого было никак. И дело не в недоверии. Просто нужно было, чтобы все играли свои роли. Я не знал, на что могут пойти гангстеры, чтобы выбить из вас информацию; вот почему было так важно оставить вас в неведении.
– Но он ведь исчез чуть ли не на наших глазах, – удивленно произнесла Бидди. – И я в тот момент была с тобой. Мы разговаривали.
– Нам кое-кто помогал, – признался Кэмпион. – Мистер Лоббетт условился с Джорджем. На самом деле мы провернули вполне обычный трюк. Поймите, – сказал он Марлоу, – дела принимали совсем дурной оборот. Нас подловили в первый же вечер, прислав Датчета. Я тогда его не узнал и на мгновение перепугался, не всамделишный ли у него дар. А там уж бедняга святой Свитин возьми и застрелись. Я еще не знал почему, да и сейчас не знаю многих деталей, но совершенно очевидно, что Датчет и его дружки работают на Симистера. У этого парня при себе было предостаточно надежных приспособлений, как в крупных бандах. И за ним стоит целый ряд информаторов по всей стране: сплетники, мелкие шпионы и так далее. Кеттл был одним из них. Такие пресмыкающиеся, как он, приводят к Симистеру лучшую клиентуру. Они собрали для него доказательства, Датчет обеспечил шантаж.
– Я не совсем понял, – подал голос Марлоу. – Вы считаете, что тот хиромант принуждал настоятеля предать нас?
– Именно, – подтвердил Кэмпион. – Вероятно, он понял, что Кеттл станет бесполезен, как только выведает у нас все, что нужно. Нет, он хотел, чтобы святой Свитин обеспечивал банду внутренней информацией.
– И поэтому Свитин застрелился? – спросил Джайлз. – Лишь бы не делать этого?
Кэмпион заколебался.
– Боюсь, что Датчет пригрозил ему чем-то существенным, – наконец заговорил он. – Быть может, за стариком уже давно водился некий духовный грех. И если он боялся разоблачения, то никак не мог противостоять Датчету.
– Но чего он мог так бояться? – удивленно произнесла Бидди. – Это какая-то чушь.
– Мы не можем этого знать, дорогая моя, – мягко проговорил Кэмпион. – Но зато мы знаем, что его последняя мысль была о помощи нам, и святой Свитин помог, увы, самым эффективным и практичным способом. Он оставил нам весьма дельные инструкции, пусть и в довольно мелодраматической манере; пастор постарался, чтобы эти инструкции понял лишь тот, кому они предназначались.
– И это был ты, – сказал Джайлз.
Кэмпион кивнул:
