Этот человек переменился до неузнаваемости, и Кэмпиону пришло в голову, что сам он не смог бы выбрать настолько эффектную маскировку. Никакой грим не был бы для него, Кэмпиона, так хорош, как эта личина, которую мистер Барбер то сбрасывал, то надевал в мгновение ока.
– Как вы, несомненно, догадались, я представитель одной из самых сильных организаций в мире. И кажется, именно вам мы однажды поручили довольно деликатное дело в поместье Блэк-Дадли. Тогда вы потерпели неудачу, уж не знаю, по какой причине. Но возможно, это объясняет, почему ваше участие в деле судьи мы не посчитали помехой. Вам, может быть, интересно знать, что я и мои начальники считаем целесообразным предложить вам место у нас.
– Да-да, поставьте подпись и оторвите бланк, без подписи документ не считается подлинным, – пробормотал мистер Кэмпион.
Но мистер Барбер даже не изменился в лице. Зато его голос зазвучал по-другому:
– Этот ваш раздражающий юмор… Вы ведь всегда непроизвольно шутите?
– Вы могли бы выразиться поделикатнее, – заметил молодой человек.
– Полагаю, мог бы. Но проблемы с прибылью в нашем бизнесе – это удручающе высокая цена за неискренность.
– Отвечая на вашу неискренность, – произнес Кэмпион, – я предполагаю, что вы делаете мне предложение?
– Именно. Этот человек, Лоббетт, вредит нашей организации. Мы считаем, что у него есть – или же он сам так думает – ключ к секрету, настолько важному, что я не могу обсуждать его с вами. Я уже все заключил о вашем интеллекте. Вероятно, вы понимаете, что пойти на мировую – это наилучший исход для вас в этом деле. Могу вас заверить, что, приняв мое предложение, вы об этом не пожалеете.
– То есть место хорошее? – задумчиво заметил Кэмпион. – Все расходы и стирка за счет фирмы, а в хорошие времена – премия в пару черкесов?
– Я ценю ваше чувство юмора, – серьезным тоном проговорил мистер Барбер, скрестив руки на груди. – На размер вашего гонорара вы не сможете пожаловаться. Но хочу отметить, что в случае несогласия вас ждет полное разоблачение. Что вы на это скажете?
– Что это сущая наглость. Теперь слушайте вы. Прежде всего, как так получилось, что нас уже ждали в засаде? И зачем? Так ведь честные дела не делаются, не правда ли?
– Вовсе нет. Я знал, что моя телеграмма вернет вас в Мистери-Майл. Женщины – та еще помеха в делах такого рода, мистер Кэмпион.
– О да, конечно, – торопливо произнес молодой человек, не догадываясь, о чем он.
– Признаю, вы управились быстрее, чем я рассчитывал. Я в своей глупости воображал, что вы обыщете дом в поисках леди, а затем обратитесь ко мне. Меня было бы легко «разбудить», поверьте. Нам донесли, что улика, которой старый Лоббетт придавал такое значение, была весьма громоздкой. Так что я предположил, что он оставил ее в доме, тщательно спрятав. Слепо искать то, о чем я не имею понятия, было бы бессмысленно. Я решил подождать, пока сам мистер Лоббетт не укажет нужную вещь.
Хотя разговор шел в дружеском тоне, атмосфера в маленькой хижине становилась все более наэлектризованной. Затишье перед бурей за стенами хижины теперь казалось удушающим. Вспышка молнии осветила болота.
– Здорово! – внезапно выпалил Кэмпион. – Хотя не очень. Я все лучше понимаю ситуацию. Либо мое лицо появится в светской хронике, либо я сделаю за вас всю грязную работу. – Внезапно он начал смеяться. – Как бы там ни было, даже если я и появлюсь в разделе «Золотые мальчики отбились от рук?», меня это не слишком заботит. Меня сполна вознаградит воспоминание о том, как вы сидели с нами перед вчерашней вылазкой и терпели ухаживания миссис Кнапп. По гроб жизни этого не забуду. Поверьте, это стоило видеть!
По лицу турка медленно расплывался румянец – первый допущенный признак гнева.
– Я счел за лучшее позволить вам поиграть в спасителей. Ваше доверие было ценным для меня. Это того стоило.
– Я так думаю, вы очень собой довольны? – Кэмпион немного откинулся назад. – Но вы не получите малыша Альберта в свой штат. Лучше подумайте, как вы будете отсюда выбираться. Вы сидите здесь, на болотах, вдали от родного дома и мамули. Что, если я ударю вас по голове, поеду домой и никому не скажу, где вас искать?
– О нет, я так не думаю, – слабо улыбнулся мистер Барбер. – Вспомните, что я внимательно изучил ваше досье. Человеку с вашим послужным списком будет очень трудно объяснить, почему на вашей совести труп. Не помогут никакие друзья из Скотленд-Ярда. Я же, с другой стороны, человек безупречной репутации, и все меня знают.
– Все, кроме старого доброго Альберта, – сказал Кэмпион, молниеносно изменив тон.
Что-то в его поведении заставило человека напротив замолчать, и в маленькой хижине вдруг наступила зловещая тишина.
– Вы помните человека по имени Коулсон? – нарушил молчание Кэмпион. – Единственный, которому вы хотя бы наполовину выдавали себя? Так вот, мое второе имя – Моргиана, мистер Али-Баба.
Ни один мускул на тяжелом лице турка не дрогнул.
– Я вас не понимаю. Это еще одна шутка?
