– Кажется, самое время, – начал он все с тем же простодушным выражением лица, – поделиться с нашими уважаемыми гостями моей ценной коллекцией старых пословиц, деревенских острот и прочего, почерпнутого из глубины веков. После многих лет исследований я могу представить вам, дамы и господа, пару настоящих маленьких жемчужин. Вот вам первая: видишь старого пастора в двух пальто – жди большого урожая овса. Подумайте, как это просто и изящно! – продолжил он с полной серьезностью. – Столь лаконично и точно изложенная мудрость, сам сельский дух пророчества в короткой фразе. А вот вам вторая: на стропилах кричит сова – ей никто не ответит. Это даже расшифровывать не надо.
Все рассмеялись, радуясь возможности избавиться от напряжения последних нескольких минут.
В дальнем конце комнаты монотонно бормотал предсказатель.
Мистер же Кэмпион продолжал болтать без умолку, по-видимому полностью наплевав на происходящее.
– Я знавал человека, который умудрился тайком заглянуть на шабаш дьяволиц в Молде. Он думал, что станет свидетелем страшных обрядов, но вместо настоящего шабаша обнаружил ежегодную встречу Навуходоносоров Последнего Дня – знаменитого общества травоядных. И ни одной дьяволицы.
Он бы и дальше нес чепуху, если бы Джайлз внезапно не вернулся к друзьям. На его лице было выражение недоверчивого изумления.
– Просто поразительно, – сказал он. – Кажется, этот парень знает обо мне все – то, о чем я никому не рассказывал! Бидди, обязательно попроси его предсказать судьбу и тебе.
Отчасти то беспокойство, которое испытывали люди в комнате в связи с появлением странного гостя, начало таять. Но все же ни у кого не было особенного желания подойти к замершей у подоконника худой фигуре, чьи глаза бесстрастно оценивали их всех.
И вдруг все разом обратили внимание на пастора. Он не двигался и не говорил, но в его внешности произошла перемена. Бидди, мельком взглянув на него, была потрясена тем, чего раньше не замечала: насколько он стар. Его челюсть как будто отвисла, веки выглядели серыми, тонкими как паутина.
Ко всеобщему удивлению, он поднялся и нетвердыми шагами проследовал через всю комнату к хироманту, который, казалось, только его и ждал.
Когда снова послышался тихий шепот, Джайлз принялся с энтузиазмом рассказывать о своих впечатлениях:
– Он – удивительный парень!
– И что он тебе поведал? – спросил Кэмпион.
– Э-э-э… – Джайлз был по-детски озадачен. – Что действительно меня зацепило, так это его осведомленность: он знает, что я собираюсь выставить лошадь в Моньюдоне в следующем месяце. Конечно, такое легко предугадать… Но он сказал мне, что на выставку отправится не моя любимая кобылка, как я намеревался, а лошадка охотничьей породы. Это действительно очень необычно! Ведь я спускался к Сиреневой Леди как раз перед ужином и все думал, что не смогу должным образом подготовить ее к выставке за столь короткий срок. Я сомневался: не выставить ли мне Сент-Крис или отправить ее в следующем году? И я никому об этом не рассказывал. – Он рассмеялся. – Безумие, как все точно, не правда ли?! Он мне и всякой банальной чепухи наплел: опасаться разговоров ни о чем и все такое. Вроде бы намекнул на грядущий скандал. Это я не совсем понял… Интересно, что он говорит святому Свитину…
Джайлз оглянулся через плечо на хироманта, устроившегося прямо на подоконнике, – свет свечи создавал фантастические тени на его необычном лице. С пастором он общался все тем же приглушенным монотонным голосом, который был хорошо слышен всем, но при этом нельзя было разобрать ни единого четкого слова.
Лицо пастора пребывало в тени. Он наклонился вперед, молитвенно сложив перед хиромантом руки.
– Кажется, он ловит каждое слово, – прищурился Марлоу.
– Вот уж верно, да? – рассмеялась Бидди. – Я очень надеюсь, что хиромант предскажет пастору жизнь, полную приключений. Слишком уж у него все спокойно.
– Сомневаюсь, что ему это понравится, – возразил Джайлз. – Спокойствие всегда было отличительной чертой святого Свитина.
– Кажется, это отличительная черта всей деревни, – подметил судья Лоббетт и вздохнул.
– Эй, они закончили, – бросил Марлоу, когда пастор и хиромант направились к ним.
Хиромант улыбался обходительно и совершенно непринужденно. Свитин Куш выглядел задумчивым.
Бидди повернулась к нему с улыбкой:
– Что, нагадали тебе удачу, святой Свитин?
Старик положил руку ей на плечо:
– Дорогая, я слишком стар, чтобы рассчитывать на нечто подобное. – Он вытащил свои часы и, взглянув на циферблат, заметил: – И мне уже пора спать. Я знаю, вы не будете возражать, если я откланяюсь, – добавил он для судьи. – В деревне принято вставать спозаранку. – Он говорил рассеянно, словно не рассчитывая на ответ. И пока остальные собирались в кружок вокруг хироманта, пастор снова повернулся к Бидди. – Спокойной ночи, дорогая. Передай от меня привет Джайлзу.
Она посмотрела на него без удивления: от него часто исходили неожиданные высказывания. Но теперь Бидди поймала его взгляд прежде, чем пастор успел опустить глаза, и испытала мгновенный испуг.
