На выборах, состоявшихся 3 ноября, за Тафта голосовали 7,7 млн избирателей (51,6 %), за Брайана — 6,4 млн человек (43 %). Остальные голоса были поданы за кандидатов малых партий и групп. В коллегии выборщиков соотношение было иным: сторонниками Тафта оказался 321 человек, Брайана поддержали 162 выборщика. Характерно, что часто посещавший Рузвельта во время избирательной кампании, Тафт перестал бывать в Белом доме после победы на выборах. Тем не менее в инаугурационной речи 4 марта 1909 г. он снова пообещал продолжать «справедливый курс» своего предшественника.
Но, переместившись в Белый дом, Тафт фактически сразу стал совершенно другим человеком, чем тот, каким он был в администрации Рузвельта. Выйдя из тени выдающегося руководителя, он оказался человеком робким и непоследовательным. Он не встречался с гражданами на массовых собраниях, страшился пресс-конференций, проводил их редко, на вопросы отвечал уклончиво и подчас не к месту. Наблюдатели острили, что при обращении к нему: «мистер президент» Тафт оглядывался в поиске лица, которому были адресованы эти слова.
В то же время Тафт заменил значительную часть министров Рузвельта своими людьми, что он обещал не делать ни в коем случае. При этом некоторых из назначенных на ответственные посты лиц (например, президента Гарвардского университета Чарльза Элиота, которому было предложено стать послом в Лондоне) Рузвельт явно недолюбливал. По этому поводу Теодор высказывал негодование. На пост государственного секретаря был назначен малоактивный Филандер Нокс, который в свое время занимал пост генерального прокурора в кабинете Рузвельта, но был отстранен от должности в связи с тем, что не принимал во внимание распоряжения президента.
Тафт игнорировал многие обязательства, взятые на себя во время выборов. Пообещав сокращение таможенных тарифов, он охотно подписал закон Пейна — Олдрича, вводивший повышенные пошлины на ряд импортируемых товаров. Точно так же вместо введения налога на наследство, что намечалось в предвыборной платформе, новый президент просто позабыл об этом.
В 1911 г. Тафт предпринял акцию, которая должна была продемонстрировать Рузвельту, что они стали прямыми личными врагами. Президент воспользовался политикоюридическим арсеналом самого Рузвельта, что явно должно было сделать акцию еще более унизительной. Она была приурочена к 53-му дню рождения Теодора, 27 октября, что Тафт, видимо, счел своеобразным злобным «подарком». В этот день правительство по распоряжению президента возбудило уголовное дело против корпорации «Юнайтед Стейтс стилл» (
В преддверии съезда Республиканской партии 1912 г. Рузвельт развернул агитационную кампанию против Тафта, которая носила резкий, порой оскорбительный характер. Этот конфликт завершился расколом в Республиканской партии, о котором шла речь выше.
Может создаться впечатление, что все президентство Тафта сводилось к продолжительному конфликту с Рузвельтом. Разумеется, это не так, хотя значительную часть энергии и времени обеих сторон занимал именно этот жесткий конфликт. Значительное внимание уделялось внешней политике. В правление предыдущих президентов она в основном была сосредоточена в Белом доме. Тафт попытался сохранить эту тенденцию, но вместе с тем реорганизовать Госдепартамент так, чтобы он обеспечивал президента квалифицированными рекомендациями. С этой целью ведомство было реорганизовано по географическому принципу путем создания секций Дальнего Востока, Латинской Америки и Западной Европы. Правда, подтвердились прогнозы Рузвельта касательно госсекретаря — Ф. Нокс оказался работником малоинициативным и к тому же не смог наладить деловых отношений ни с Конгрессом, ни с представителями других стран. Что же касается американских дипломатических миссий за рубежом, то они использовались главным образом для решения вопросов внешней торговли, прежде всего для заключения таможенных соглашений о взаимном снижении тарифов.
