Весь вчерашний день походил на удивительный яркий морок. Христианское венчание, мрачное на вид, но полное потрясающих душу светлых символов, народные гуляния и танцы, пир в царском чертоге. Всё это запомнилось ему в подробностях, хотя теперь и казалось, что происходило не с ним. Среди основных событий минувшего пира оказалось несколько весьма навязчивых предложений ехать в Телави, погостить у новых кахетинских друзей. Уговаривать они умели, в красках описывая все прелести охоты в своих краях, достоинства тамошнего вина и огонь женских взоров. Для пущей убедительности смешливые и весёлые иверы заверили Ингвара, что из их земель северянину куда ближе до родины. Успел варяг и стукнуть чашей с государем – тот от души обрадовался, завидев Ингвара, расцеловал и подарил хорошо выкованный короткий меч с крестом на гарде, сказав, что не всех врагов можно достать топором. Несколько раз Ашот Еркат повторил, что с превеликим удовольствием примет Ингвара к себе на службу и не поскупится вознаградить за неё должным образом. Ингвар горячо выразил благодарность, но однозначных ответов давать не стал.
Все прочие знакомства затмил отец Ануш. Тот подошёл к северянину сам, и у юноши от волнения спёрло дыхание, хоть он и сумел этого не выказать. Сначала северянин подумал, что, возможно, Самвел знает или подозревает о них с Ануш, но затем понял: мысли купца о дочери вряд ли могут встретиться с мыслями о язычнике-северянине, потому что ходят эти мысли совсем разными тропами. Большинство вопросов касались сил русов на Хазарском море, планов их вождей и отношений с другими властителями побережья. Интерес Самвела был сугубо деловой, и Ингвар быстро его раскусил. Поэтому чересчур развязывать язык варяг не стал, отвечая сдержанно и не давая купцу всего, чего тот хотел. Делал юноша это от неосознанной обиды, что будущий тесть интересуется им только с военной стороны. Однако Самвелу такая аккуратность Ингвара, кажется, даже понравилась, он тряхнул юношу за плечи, прижал его к своему толстому брюху и сказал, что всегда рад северным мечам в своей страже.
Когда он пошёл дальше, Ингвар залпом опорожнил свою чашу и тут же налил ещё. Несмотря на всю свою осторожность с вином в тот вечер, после такого удержаться он не мог. Итак, все рады его сильной руке, все готовы предоставить ему место за своим столом, и это вызывало у юноши улыбку, но сейчас он нуждался в другом.
Ингвар хотел увидеть Ануш. В зале её не было. Варяг с Саркисом честно отпировали целый вечер, смотря по сторонам, слушая и общаясь. Когда же в окно заглянула полоска луны вместе со звёздной свитой, Ингвар понял: пора уходить. Саркис его удерживать не стал. Прогревшийся за летние месяцы туф, чад сотен свечей, сладкое вино – всё это отягощало воздух зала, и выходили из него многие.
Ингвар быстро нашёл нужный дом. Он шёл прямо к его дверям; никакого замысла, как и где увидеть девушку, у него не было. Он просто знал, что он ничего в жизни так не хочет, как взять её за руку и услышать её голос. Сегодня он видел её несколько раз и не мог отвести взор. Ослепительная, в праздничном наряде, в церкви она была задумчива и неподвижна, точно статуя из ромейского сада, в кругу подруг же становилась весела, как горящий уголёк. Видел он её и в танце с остальными девушками, но движения наблюдал равнодушно – всё пытался разглядеть её карие глаза и выбивающиеся из-под убора волосы…
У самого входа он столкнулся со стражниками. Те, хоть и оказались малость навеселе, незнакомца пускать не стали. Понимая, что ссора до добра не доведёт, Ингвар отошёл в сторону и крепко задумался. Тогда-то ему в голову и пришло решение, не отличающееся благоразумием: он решил влезть в дом по стене. Выстроенный в эллинском духе особняк в несколько этажей украшала лепнина и вьющийся по стенам виноград, одолеть пару саженей вверх для юноши труда не составляло. Для начала Ингвар влез на дерево, растущее у самой стены, проскочив таким образом наиболее гладкий участок, северянин аккуратно ухватился за выщербленный камень и перелез на карниз окна второго этажа. Впиваясь пальцами в выступы, щели и рельефные фигурки, он карабкался наверх. Целью северянин выбрал балкон на третьем этаже, а как действовать внутри – станет ясно по достижении цели. Ноги соскальзывали, но юноша лез уверенно. Ещё несколько движений, и у него получилось ухватиться за каменный парапет, он подтянулся на руках и закинул ногу, как вдруг изнутри к нему метнулась до боли знакомая массивная тень. Ингвар резко сбросил ногу, попытался перехватиться руками так, чтобы скрыться на карнизе у соседнего окна, но пальцы его соскользнули, и он полетел вниз. Дерево смягчило падение, но его ветки изодрали нарядную праздничную тунику и оставили царапины по всему телу. Оказавшись на земле, северянин отряхнулся и скользнул в переулок, стараясь, чтобы его не заметили.