Они сидели на скамейке посреди осени, опустошённые своими историями, сплётшимися теперь воедино, наполненные своими словами, сказанными наконец своевременно. Никто из обитателей дома их не беспокоил. То ли у всех нашлись дела поважнее, то ли все теперь спрятались, стараясь не мешать влюблённым. Слетали с деревьев листья, лаяли вдалеке собаки, шумел о своём скот в загонах, а Ингвару и Ануш было светло и спокойно, как никогда прежде.
Бесплодные поиски проводника наконец увенчались успехом в придорожной харчевне в полудне́ пути на восток, в которую Ингвар с Арамом приезжали уже раз третий. Это местечко лежало ближе к оживлённым путям, и вероятность искомой встречи там в разы возрастала. Арам, конечно, в этих краях был уже не помощник, но Ингвар успел неплохо изучить местность и сам. Заведение, грязноватое и тёмное, нехватки в посетителях, однако, не испытывало. Хозяин, невысокий мужичок с седым хохолком на плешивой макушке, Ингвара уже знал и велел сразу подать ему выпить. Северянин перед тем, как сесть за кружку, громко, на манер предобеденной молитвы прочитал условленные слова; теперь оставалось только ждать.
Сурен (так звали хозяина) был заядлым охотником и всякий раз приседал на уши Ингвару со своими историями.
– Детей я никогда не убивал! – с жаром рассказывал он о своих похождениях, имея в виду животных. – На лося, на медведя, на кабана ходили, но только взрослых бил, детей – никогда!
Ингвар кивал, он не умел поддерживать такие разговоры, но этого и не требовалось.
– У меня двадцать пять кабанов на счету! Но все мальчики, взрослые. Матку не трогал никогда, раз за это чуть жизни не лишился.
Сурен полез показывать шрамы, а затем вновь полился поток историй. Время от времени к ним за стол подсаживался и совладелец харчевни, друг хозяина Ерванд, жирный, точно один из побеждённых кабанов Сурена, локтей пять ростом, с мясистым носом и складками на шее, подбородке и затылке. Он посмеивался над другом, перебивал и дополнял его истории, словом, делал общение ещё менее приятным. Рядом с ними сидел и Арам, его тоже не впечатляло услышанное, но зато он был счастлив глазеть по сторонам на людей, оружие и даже на заплёванные стены – всё интереснее, чем дома.
Осушив две кружки ячменного пива, Ингвар засобирался в дорогу, ему хотелось успеть вернуться засветло. Распрощавшись с хозяином, пожелав тому удачи в дальнейшем преследовании кабанов, Ингвар велел Араму готовить лошадей, а сам вышел на свежий воздух, к дороге. Пахло сыроватой грязью, растоптанной тяжёлыми башмаками и конскими копытами, к этому примешивался и запах близких коровников, но так было всё равно лучше, чем внутри харчевни. Северянин раздумывал о том, сколько ещё раз ему предстоит сюда съездить и не бросить ли эту затею вовсе. Когда тер-Андраник давал ему волшебные слова помощи, всё было устроено ещё совсем иначе: Ашот Еркат оставался царём с войском, князья хранили ему верность и поражение не казалось столь удручающим; теперь же царь вновь стал отчаянным беглецом, а что стало с людьми тер-Андраника – неизвестно, может, разбрелись давно кто куда.
Всё это время варяга буравил взглядом парень лет тринадцати-четырнадцати в одежде, более напоминающей рыболовную сеть из-за десятков дыр всех размеров, с жирноватыми волосами и лохматым, но весёлым псом у ног. Мальчик смотрел пристально, взглядом не по годам тяжёлым, затем он решительно подошёл к северянину вплотную и произнёс: «Мёдом для ушей и спасением душе оборачиваются строки Ахцеци».
Ингвар не мог понять, чему он доверяет меньше: своим глазам или ушам, но это быстро прошло. Если подумать, то оборванный мальчик-бродяга как нельзя лучше подходил на роль тер-Андраникова проводника. Неприметный, резвый, да и калач он явно тёртый. Тут с конями в поводу подоспел и Арам, он ревниво поглядел сначала на нового знакомца, затем перевёл взгляд на Ингвара.
– Наконец нашли кого надо, парень, – не дожидаясь вопроса, сказал северянин.
Арам угрюмо кивнул, эта находка не предвещала ему ничего хорошего. Втроём они двинулись по дороге, и, отойдя на порядочное расстояние, так, чтобы случайные уши не смогли ничего услышать, Ингвар сказал:
– Нам нужен тер-Андраник. Отведёшь?
Парень хитро осклабился, обнажая дырявую улыбку, сплюнул и спросил нагло:
– А взамен?
– Ого, ты прыткий! Ты на слова отозвался, так уж изволь отвечать.
– Я батьку доброму служу, а тебя вижу в первый раз, да и говоришь ты нескладно, так что отвечу, когда нужным сочту.
Ингвар поборол желание схватить наглеца за шиворот и тряхнуть хорошенько, выдохнул и спросил:
– И когда это случится?
– Когда услышу, что взамен получу, – снова ухмыльнулся парень.
Тут уж Ингвар не стерпел, прихватил парня за измазанный дорожной грязью пояс, тряхнул к себе и зашептал прямо в ухо, излишне твёрдо выговаривая слова: