Он это слово встречал, наверно, на бумаге или в интернете, а сам – клясться готов – в жизни изо рта не произносил. Райцентр. Чисто Совок. И как будто оттого, что он произнес это слово впервые, прозвучало потрясающе свежо и точно. Райцентр. Центр рая. Свят не знал, что это значит. Мэрия района? Администрация какого-то захолустья? Что-то в старом кино бывало про райцентр: справки выдают, собрания проводят…
Хозяин принялся рассказывать о том, насколько Свят прав в своем подозрении, но Свят не слушал, он вдруг понял, что хозяин похож не только на рыбачка Антона, а еще на одного усача, их много было в памяти молодого человека.
Площадь Восстания – Иматра – Площадь Восстания.
Денек, чтобы выехать за границу, визу в загран прокатать. Необязательная прогулка по Иматре: торговые центры, фуд-корт, каньон, морозец… И тот усач, да? Мужик в дубленке и его дама на сиденье позади Свята, они не затыкались ни на минуту. Вот автобус распахивает багажник, люди достают сумки, конец тура.
Свят просит усача передать рюкзак. Усач, разумеется, благодаря Инстинкту Очереди оказался в первых рядах разбирающих сумки. Усач этот взял рюкзак Свята и, взвесив в руке, сказал: «И всего-то, парень?!»
А Святу только откатать визу надо было, важна ему виза, а не финский «Фейри» и «Лавацца» со стиральным порошком. Но Свят запомнил этот кадр, реплику, ироничную всепонимающую улыбку из-под усов.
Свят запомнил и свою мысль: «Какой же ты уродливый совковый человечек в дубленке! Ты в рюкзаке как будто всю мою жизнь взвесил и вынес суждение, что я бедный да глупый, а ты-то, ты умеешь жить: ты литровый "Фейри" прикупил в Иматре, баночку икры "Дизас" и пиво "Лапин культа", и на работе ты обязательно похвастаешь, как со своей смачно поужинал этим, да под коньячок…»
Вот кого Святу напомнил этот чиновник со своим райцентром.
Кадр.
– Это вы очень верно заметили. «Райцентр». Но в том-то и дело, что дом и есть Сердце Родины. Вот это здание. Оно стоит на самом верном расчете с учетом всей имеющейся информации о территориях Родины.
Опять он за свое, нахмурился Свят.
Молодого человека больше смущало не напористое хохмачество дядьки, а то, как ему объясниться с гидами.
Их же сюда придется тащить, не поверят.
– Я видел стелу с координатами, знаете…
– Это если официально, для людей! А мы-то здание возвели по той же формуле Бакута. Только мы еще учли границы и нижних территорий, и верхних. Это те, которые обывателю знать не надо.
– В смысле?
– Например, территории ада.
– А?
– Они частично русские. Пришлось их спроецировать на квазигеоид земной поверхности и принять за свою границу. Поэтому географический центр не там, где вы были, а тут.
– Как скажете.
«Лучше соглашаться, – решил Свят. – И дойти до дома, и позвонить нашим, а там и других людей неплохо увидеть. У дяди в изоляции, кажется, кукуха петь начала… А все-таки – почему про дом этот не говорили? Что люди здесь живут… И на картах ничего нет. И какого хрена тут автобус?! Никаких дорог быть не может, все расчеркано горами и реками!»
– Вон там, видите, – показал рукой с дымящейся сигаретой человек, – там предыдущие дома, они уже вымерзли и порушились.
Сильно вдали под изморозью скрывался тенью похожий дом, и вправду, но Свят не был уверен: слишком далеко и снежно.
– Из-за того, что страна дышит, приходится Сердце отмечать в новом месте. То Россия, то Крым, то недавние области, а из подземных движений если б вы знали что происходит…
– А зачем каждый раз новое здание?
– Чистая симвология. Плюс кое-какие обязательства. Ну и постоянная космическая угроза – а ее сподручнее из дому отражать, а не в открытом поле. Враг не дремлет – про Попигай слышали?
– Это севернее какой-то кратер? – Свят уже потерял нить разговора.
Тер ладони друг о друга и пожалел, что снял гейтор для общения, лицо заморозилось, и нижняя челюсть еле слушалась…
– Именно что кратер! Астероид грохнул тридцать пять миллионов лет назад на Попигайской реке. Остался гигантский кратер. Рекомендую к посещению, уникальность!.. А ведь астероид был умышленным оружием! Между прочим, его направленно запустили наши враги. Понимаете: они спят и видят, как бы ударить в Сердце Родины и навсегда покончить с Россией. Это как в скамейку ударить: непременно надо в самый центр – хрясь! – и развалится. Или как в спорте принято: в яблочко – и конец. Но им не свезло, облапошились. Чуть-чуть промахнулись
Это же шизофазия, окаменел Свят.
Теперь усач напоминал ему кого-то из телика. Типовой румяный пряничек – большой чиновник, который с энтузиазмом рассуждает о ядерной войне и уникальности русского человека.