— Так можно было весь бок насквозь проткнуть! Нет, это никуда не годится! Что-нибудь прояснилось насчет Дормидонта Ниловича?
— Выяснили, что в избушке староверов он не останавливался, и где он сейчас — никто не знает… Осторожнее, жжет… — Глеб поморщился.
— Все уже, я просто промокнула края ссадины. Теперь займусь твоим лицом. Садись ближе к свету.
Глеб передвинул стул к окну.
— Только йодом не мажь, а то… на кого я буду похож?
— Раньше надо было думать, садись, я немного протру спиртом и все, — Люся колебалась, не зная, как приступить к важному разговору, наконец решилась:
— Глеб, так хочется оградить тебя от твоей же работы, но ничего не получается…
— Ты о чем? — Глеб повернул голову.
— Сиди не двигайся… Ну… все, пострадавший молодожен, можете посмотреть на себя в зеркало.
Глеб прошел в ванную: красновато-бурая ссадина пересекла левую щеку, которая припухла и стала приобретать лиловый оттенок.
…Надо же! И почему тебе, Глеб Непрухин, всегда так везет?!
Грустно вздохнув, Глеб вернулся в комнату. Люся сидела на диване и при его появлении сказала:
— Вчера вечером я помогала Елизавете Капитоновне на кухне и видела, как она расстроена… ну и предложила ей помощь. Сказала, что ты работаешь в полиции, следователем. Сейчас я уже жалею, что напросилась в помощники, тебе отлежаться надо, вон какой вернулся.
В дверь номера постучали, и появилась Елизавета Капитоновна. В руках у нее был поднос с завтраком:
— Я подумала, вам удобнее будет поесть в номере?
— Ой, спасибо, не стоило, — Люся суетливо подхватила поднос. — Мы бы спустились.
Глеб жадно поглощал овощное рагу, запивая свежесваренным кофе с лимоном:
— Слушай, а кофе с лимоном так бодрит. Ну, что, как тут наши постояльцы? Я имею в виду Инессу Львовну и Павла Ивановича.
— Павел Иванович вчера рано поужинал и ушел к себе. Инесса Львовна ходит, задрав нос… «она же предупреждала Павла Ивановича, чтобы он не общался с этим проходимцем», — Люся изобразила интонацию и манеру говорить Инессы Львовны. — Тоже потом ушла к себе и не показывала носа.
— Я еще хочу кофе. Он такой необычный, м-м! — Глеб зажмурился от удовольствия.
— Подожди, милый. Я сейчас спущусь на кухню и попрошу у Елизаветы Капитоновны еще чашечку.
Глеб допивал кофе с лимоном и чувствовал, как тело вновь становится энергичным и легким.
— Ладно, Люся, обещаю тебе не заниматься расследованием. Мы приехали отдыхать, вот и будем наслаждаться отдыхом, а параллельно я буду просто отслеживать ситуацию. Кстати, как мы распланируем наш день?
— Сегодня у тебя постельный режим, никаких походов, — отрезала Люся.
— Люсечка, — Глеб на ходу вырабатывал тактику беседы с женой. — В избушке староверов я проспал, наверное, не меньше десяти часов и полностью восстановил силы.
— А как твоя рука? Ты при падении не ушиб ее?
Глеб подвигал левой рукой, выполняя различные движения:
— Как видите, госпожа доктор, рука — в рабочем состоянии.
— А у тебя ничего не болит? Как бок?
— Душа болит и рвется в горы, — Глеб с нежностью посмотрел на жену.
— Нет, Глеб, даже не спорь! Один твой вид говорит о том, что тебе нужен покой и минимум движений.
— Я не смогу весь день просидеть в номере, — Глеб уже с раздражением посмотрел на Люсю. — Иначе, я с тоски займусь расследованием преступления.
Последнее возымело эффект, Люся смягчилась:
— Но наши костюмы, они, наверное, со вчерашнего дождя еще не просохли… — она подошла к развешанной на веревках вдоль стены одежде. — Ну… почти сухие.
— Тогда давай прогуляемся небыстрым шагом по тропе на хребет…
— Я согласна, но не дальше альпийских лугов, — Люся выглянула в окно. — Вроде не видно туч.
Глеб оделся и вышел в холл. В ожидании Люси он просматривал свежую прессу, заботливо доставляемую из Лесогорска Леопольдом Фомичем.
Не прошло и нескольких минут, как из номера по соседству выглянула Инесса Львовна. Увидев одиноко сидящего Глеба, женщина решительно направилась к нему и присела рядом, почти касаясь его локтем:
— Ну, как вы вчера? На вас что действительно напал медведь? — Инесса Львовна выглядела уставшей и встревоженной. Ее глаза пристально изучали Глеба.
— Нет, конечно… Никаких медведей мы не встретили. Я полагаю, Петр выпил и с какого-то перепуга убежал на Белую сопку.
— Ой, не говорите, я так и думала. Что еще можно от них ожидать? Неприятная пара этот Петр и его жена, — Инесса Львовна говорила вполголоса, придвинувшись к Глебу. В ее голосе Глеб уловил раздражение и некоторую манерность. — Как вам отдыхается?
— Да, как вам сказать… — Глеб остановился и предоставил инициативу Инессе Львовне.
