Чай оказался замечательным. Шверид выпил один стакан, пододвинул второй. За окном свистела поземка. Наконец со стороны фабрики густой толпой повалил народ. Закончилась первая смена. Ну, оперуполномоченный, не зевай! Грабители попытаются в этом многолюдье незаметно проскользнуть в переулок. Так и есть. Две мужских фигуры отделились от толпы и торопливо перешли улицу. Лейтенант поднялся.
Переулок был тупиковым. Кончался высоким забором, за которым начинались угодья лесхоза. Сунув руку в карман, где лежал пистолет, Шверид толкнул калитку, взбежал на крыльцо, но, едва шагнул в комнату, как ощутил сильный удар по голове. Потеряв сознание, рухнул на пол. Не теряя времени, грабители бросились наутек. Над лейтенантом склонилась испуганная самогонщица, запричитала:
— Ай, что сделали, супостаты! — Намочив полотенце, приложила к голове лейтенанта.
Придя в себя, Шверид ощутил сильную боль. Однако открыл глаза и с трудом поднялся. Добравшись до столовой, позвонил капитану Белорицкому, попросил выслать группу с розыскной собакой Джульбарсом.
— Напал на след? — обрадовался капитан.
— Так точно!
Возле дома бабы Веры Джульбарс сразу взял след. Натянув поводок, побежал по огороду, пересек железнодорожную насыпь и увлек проводника в поле. Город вскоре остался далеко позади. Сквозь сетку снега замаячило село. И тут пес вдруг обиженно закрутился на месте — потерял след. Приглядевшись внимательно, капитан Белорицкий заметил отпечатки колес трактора. Хотя ветер будто слизал их с асфальтированного покрытия дороги, но кое-где они еще слабо проступали. Похоже, следы оставил трактор с прицепом. И грабители несомненно прыгнули в прицеп. Следы вели к селу.
Теперь уже впереди бежали капитан и лейтенант, а проводник с Джульбарсом семенили сзади. Время от времени Джульбарс опускал морду к земле и раздраженно рычал.
— Ничего, дружок, — успокаивал его проводник. — Ты свое дело сделал.
У въезда в село располагался тракторный стан, на котором одиноко маячил только один трактор «Беларусь». Рядом хлопотал механизатор.
— Давно приехали? — спросил капитан.
— С четверть часа будет. Мотор забарахлил. Вот, проверяю…
Зимний день короток. Уже начало темнеть. Проводник с Джульбарсом обошли все село по периметру. Однако следов преступников не обнаружили. Значит, они где-то здесь, в домах.
— Может, пройдем с Джульбарсом по улицам? — предложил лейтенант.
Все согласились.
Проводник ласково потрепал собаку, сказал коротко:
— Ищи, Джульбарс!
На одной из улиц собака резко натянула поводок, затем бросилась по тропинке к дому в глубине сада. Вскочила на крыльцо. Капитан рывком рванул на себя дверь. В комнате за столом сидели два парня. На столе в тарелках дымилась закуска. Оба испуганно вскочили. Хозяин, увидев рвущуюся с поводка овчарку, побледнел.
— Что случилось? — пробормотал.
На вешалке висело черное пальто на меху.
— Ваше? — обратился капитан к хозяину.
— Его, — указал тот на гостя.
— Фамилия?
— Кислюк.
Капитан достал из внутреннего кармана пальто паспорт, развернул его.
— Но здесь другая фамилия?..
Парни рванулись в соседнюю комнату. Лейтенант остановил их.
— Напрасно стараетесь. От Джульбарса еще никто не убегал.
С понурыми головами они вернулись к столу…
Снег повалил с вечера. Его крупные хлопья плавно кружились в воздухе и укрывали землю мягким пушистым ковром. «Красиво-то как!» — восхитился постовой милиционер Иван Рудюк, шагая по своему маршруту и не узнавая знакомых скверов в их зимнем наряде.
Дежурство в центре города даже ночью считалось делом спокойным и тихим. Ну какой же нарушитель общественного порядка решится здесь нападать на прохожих или устраивать пьяный дебош, если рядом и опорный пункт милиции, и штаб народной дружины.
Сержант Иван Рудюк служил в милиции с недавнего времени и на пост в центре Бердичева заступил впервые. Он не спеша шел по центральной аллее, стараясь не задевать деревьев, чтобы не окатить себя потоком искрящегося снега. Вроде бы никуда не глядел, а замечал все. Вот из переулка показалась женщина с хозяйственной сумкой, а за ней, смеясь и балагуря, пробежала стайка девушек с последнего сеанса кино…
Народа становилось все меньше и меньше. А снег, не переставая, сыпал крупными хлопьями, и сугробы росли прямо на глазах. Вспомнились любимые строки Пушкина:
Сержант улыбнулся, и тут в конце аллеи, сквозь белую завесу, замаячила фигура парня. Он почти бежал, прижимая руки к груди. Заметив милиционера, заметался, потом, постояв, размеренно двинулся навстречу. Рудюк остановился, машинально стряхнул с плеч снег. «Что-то с парнем неладное, — мелькнуло в сознании. — Лицо растерянное, глаза настороженные».
— Откуда торопишься? — ступил навстречу.
— В общежитии живу, — хрипло ответил тот и хотел пройти мимо.
— Погоди, — сказал Рудюк.
