Было видно, что Якопо не хотелось уходить. Его не оставляло зловещее предчувствие, что скоро этим тай¬ ным посещениям настанет конец. Помедлив немного, браво и девушка наконец спустились вниз, и, так как Якопо хотел поскорее выйти из дворца, не возвращаясь в тюрьму, Джельсомина решила вывести его через глав¬ ный коридор. — Ты сегодня грустней обычного, Карло, — заметила девушка с чисто женской проницательностью, вгляды¬ ваясь в глаза браво. — А мне казалось, ты должен радо¬ ваться удаче герцога и синьоры Тьеполо. — Их побег — как луч солнца в зимний день, милая Джельсомина... Но что это? За нами наблюдают! Почему этот человек следит за нами? — Кто-нибудь из дворцовых слуг. В этой части зда¬ ния они попадаются на каждом шагу. Войди сюда, от¬ дохни, если устал. Тут редко кто бывает, а из окна мы сможем опять взглянуть на море. Якопо последовал за Джельсоминой в одну из пу¬ стых комнат третьего этажа; ему и в сам:ом деле хоте¬ лось, прежде чем выйти из дворца, взглянуть, что де¬ лается на площади. Его первый взгляд был обращен к морю, которое по-прежнему катило к югу свои волны, подгоняемые ветром с Альп. Успокоенный этим зрели¬ щем, браво посмотрел вниз. В эту минуту из ворот дворца вышел чиновник республики в сопровождении трубача, что делалось обычно, когда народу зачитывали решение сената. Джельсомина открыла окно, и оба при¬ двинулись ближе, чтобы послушать. Когда маленькая процессия дошла до собора, послышались звуки трубы, и вслед за ними раздался голос чиновника: — «За последнее время в Венеции было совершено много злодейских убийств достойных граждан города, — объявил он. — Сенат в отеческой заботе своей о тех, кого он призван защищать, счел необходимым прибегнуть к чрезвычайным мерам, дабы не допустить более повторе¬ ния таких преступлений, кои противны законам божьим и угрожают безопасности общества. Посему высокий Со¬ вет Десяти обещает награду в сто цехинов тому, кто сы¬ щет виновника хотя бы одного из этих столь жестоких преступлений. Далее: прошлой ночью в лагунах было найдено тело некоего Антонио, известного рыбака и до¬ стойного гражданина, почитаемого патрициями. Есть 329
много оснований полагать, что он погиб от руки некоего Якопо Фронтони, пользующегося репутацией наемного убийцы, за которым уже давно, но безуспешно ведется на¬ блюдение с целью выявить его причастность к упомяну¬ тым выше ужасным преступлениям. Совет призывает всех честных и достойных граждан республики помочь властям схватить означенного Якопо Фронтони, даже если он ста¬ нет искать убежища в храме божьем, ибо нельзя более терпеть, чтобы среди жителей Венеции обитал такой че¬ ловек. И в поощрение сенат в отеческой заботе своей обе¬ щает за его поимку триста цехинов». Объявление заканчивалось обычными словами мо^ литвы и подписями носителей верховной власти. Так как сенат вершил дела в тайне и не имел обыкно¬ вения открывать свои намерения народу, то все, кто на¬ ходился поблизости, с удивлением и трепетом внимали словам чиновника, взирая на необычную процедуру. Некоторые дрожали при виде этого неожиданного прояв¬ ления таинственной и ужасной власти; большинство же старалось показать, что они восхищены тем, как прави¬ тели пекутся о своих подданных. Но, пожалуй, внимательней всех слушала объявление Джельсомина. Она далеко высунулась из окна, чтобы не пропустить ни одного слова чиновника. — Ты слышал, Карло? — нетерпеливо воскликнула де¬ вушка, обернувшись. — Они наконец обещают награду за поимку этого чудовища, у которого столько убийств на душе! Якопо засмеялся, но смех его показался Джельсомине странным. — Патриции справедливы, — сказал он, — и все, что они делают, правильно. Они благородного происхождения и не могут ошибаться! Они выполняют свой долг. — У них есть только один святой долг перед богом и людьми. — Я слышал о долге народа, но никогда — о долге сената. — Нет, Карло, нельзя отказать им в добрых намере¬ ниях, когда они хотят оградить людей от всякого зла. Этот Якопо — настоящее чудовище, его все презирают, и его кровавые дела слишком долго были позором Венеции.; Ты видишь, патриции не скупятся на золото2 чтоб только схватить его* Слушай! Они снова читают! 330