В начале 1590-х он прибыл в Лондон как актер-сочинитель. В том году был посмертно опубликован лирический цикл «Астрофил и Стелла» все еще оплакиваемого английского аристократа и поэта-героя сэра Филипа Сидни, поэтому светские кавалеры и университетские острословы были охвачены лихорадкой сочинения сонетов. Шекспир, тогда еще, не побоюсь этого слова, провинциальный юнец, оставивший жену и семью, чтобы попытать счастья в большом и шумном городе, и ставший мишенью насмешек со стороны университетских остряков из-за отсутствия оксфордского образования, дал жизнь сонетам, которые оказались способными не только состязаться с творчеством лучших из лучших, но и превзойти их, побив, так сказать, их же оружием. Сонеты были его дуэльной территорией, лингвистической лабораторией и визитной карточкой. Он был новичком из Уорикшира, «недоучкой», «бродячим актеришкой», но уже поэтом.
Этот сонет многое говорит о том, какого мнения о своем таланте был сам автор. Он пишет «бессмертные строки»: пока остаются на земле те, кто способен дышать и видеть, они будут читать написанное поэтом. Пожалуй, комментарий университетского острослова и драматурга Ричарда Грина о том, что Шекспир был, помимо прочего, «вороной-выскочкой», был вызван не столько завистью, сколько некоторым раздражением от самоуверенности молодого поэта (самоуверенности оправданной и обоснованной, что только усугубляло ситуацию!), а другие современники Шекспира вскоре стали поддерживать новоявленный талант.
«Медоточивый Шекспир, – писал в 1599 году Джон Уивер, – когда я увидел твои творения, то готов был поклясться, что их породил сам Аполлон». Аполлон, бог Солнца, был тут уместен: Шекспир называл себя «человеком, охваченным пламенем любви к новым словам». Связь огня и слов явно прослеживается в начале «Генриха V»:
Большинство исследователей на сегодняшний день приписывают Шекспиру 38 пьес, 154 сонета и другие произведения стихотворной формы. Он придумал персонажей, более живых, чем наши знакомые, – Фальстафа, Катарину, Полония, Яго; исторических лиц, запомнившихся лучше, чем их реальные прообразы в истории, – Ричарда III, короля Лира; подарил не меркнущие по сей день сюжеты и трагедии – «Макбет», «Отелло», «Гамлет». К его творчеству можно подходить с разных сторон, мы же с вами сосредоточимся на его вкладе в развитие английского языка. Он впервые использовал – обнаружил или создал – свыше 2000 знакомых нам сегодня слов.
