Мы переночевали в Гали, разбив лагерь на подветренной стороне большой каменной стены, которую не успели разрушить. После стольких дней совместного путешествия, мы собрали хворост, расчистили снег, развели огонь, съели приготовленный ужин и по-очереди караулили, не сказав ни слова. Однако, когда мы влезали под одеяла наших спальных мешков, а Керрик уходил караулить, начинались разговоры. Сегодняшняя ночь не стала исключением.
— Кто-нибудь еще заметил, что мы не наткнулись ни на одного человека за последние два дня? — спросил Квейн.
— Живущие в округе люди — явно не те, на кого нам бы хотелось наткнутся, — сказал Белен.
— Деревья, вероятно, говорят Керрику где они, и мы их избегали. — сказал Лорен, — Нет смысла давать Тохону или бандам мародеров знать наше местоположение.
— Что насчет наемников? — спросила я.
— Им тоже, — сказал Лорен.
Я обдумала это.
— Все это время мы путешествовали строго на север, кроме сегодняшнего дня. Можно подумать, что нам надо было идти осторожно, чтобы их избегать. Но мы даже следов на снегу не увидели. Возможно, Квейн прав. Подозрительно спокойно.
— А чем вам не нравиться спокойствие? — спросил Белен. — Совсем не обязательно, чтобы на каждом шагу были препятствия.
— О чем ты думаешь, Аври? — спросил Лорен, игнорируя Белена. — О засаде у главного перевала в том случае, если мы не успеем достигнуть его до весны?
— Слишком очевидно, но логично.
— Разве Керрик не сможет использовать свои древесные фокусы, дабы засечь их? — спросил Квейн.
Я ухмылнулась выбранному слову. Керрик пытался объяснить обезьянам как работает его магия, но, из-за невозможности понимать ее так, как я, они не понимали общения леса с ним. Маги обычно утаивали детали об их силах. Либо они боялись, что люди поймут, как им проитвостоять, либо хотели казаться загадочными. Но, когда все узнали, Керрик стал более открытым и честным с парнями.
— Действие его «древесных фокусов» зависит от того, где засада. Если они прячуться выше линии дерева — у нас будут проблемы.
— Что насчет его бывшей? — спросил Квейн. — Как думаете, Джаэль придет за нами?
— Нет. Джаэль потеряла элемент неожиданности, а ее сила не может противостоять нашей.
Квейн сел и посмотрел на меня.
— Нашей?
Я выругалась себе под нос за прокол.
Белен засмеялся смятению Квейна.
— Подумай об этом.
Так Белен знал. А Лорен знал? Я покосилась на него. Выражение его лица было отдаленным.
— Поэтому ты звала Керрика для Блохи? — спросил Квейн. — Ты хотела объединить вашу магию?
— Мы не объединили ее, а поделились друг с другом нашей магической энергией, — я начала объяснять, как мы с Керриком противостояли атаке Джаэль. — Целители часто объединялись, когда пациент был на пороге смерти, давая одному целителю силу спасти его жизнь. Так как у нас с Керриком разные типы магии, я удивилась, что мы в принципе смогли это сделать.
— А может ли Керрик вылечить Райна, используя твою энергию? — спросил Белен.
— Нет, это только добавит сил его магии.
— Но у этого есть цена, так ведь? — спросил Лорен.
— Да, — сказала я, — магия затратна и может физически истощить. — Задумчивые и напряженные выражения их лиц волновали меня. Больше обсуждать Керрика не хотелось. Я попыталась сменить тему. — Я обычно становлюсь голодной после этого и готова убить за мамин яблочный бисквит с корицей. Кто-нибудь знает, заботятся ли выжившие о яблоневых садах в Заинске?
Никто на это не купился.
Смотря на их лица, я поняла, что Белен первым понял суть, хотя и Лорен недалеко ушел.
— Керрик помог тебе исцелить меня, не так ли? — спросил Белен.
Я должна сказать «да» и покончить с этим. Но, я не могла врать Белену:
— Не совсем.
— Аври, — тон Белена был угрожающим.
— Я исцелила тебя. Но Керрик дал мне энергию исцелить себя. Иначе я бы умерла. Я это признаю, ладно? Может сменим тему?
Они так и поступили, но мои мысли занимала моя персональная боль — Керрик. В списке испробованных средств против чумы говорилось, что Гильдия пыталась поделиться энергией полдюжины целитилей, дабы вылечить заболевшего коллегу. Не сработало. Поэтому нет шанса, что одинокий маг сможет спасти меня, когда я заражусь чумой.
Из Гали мы шли на северо-запад и достигли южных границ предгорьев за три дня. Покрытые снегом скалистые горы заполняли небо, нависая над нами, но в то же время их вершины казались невероятно далекими.
Мы никого не увидели в предгорьях. На снегу были видны лишь маленькие животные следы. Что касается дурной славы данной местности, то больше всего нам мешали холмистая местность и густые группы сосен, которые замедляли нас. Никаких банд безаконных мародеров, уф или стай наемников. Все было спокойно.
Я пыталась убедить себя, что тишина — это хорошо. После двух спокойных дней, я почти была в этом уверена, но все изменилось, когда на следующее утро Керрик споткнулся.
Мы следовали за ними, пока он искал убежище до весенней оттепели, которая, я надеялась, настанет через три-четыре недели. Без предупреждения, он упал лицом прямо в снег.
